Верность виконтессы. На службе Ее Величества

Следующим утром, встав раньше остальных, Габриэль вышел во двор, чтобы поразмыслить о дальнейших действиях. Свежее безоблачное утро быстро взбодрило его. К удивлению, Ахмед уже крутился во дворе, разбирал хозяйственную утварь. Глиняной кружкой виконт зачерпнул из бадьи холодной воды и, наблюдая за хозяином дома, сделал несколько мелких глотков, а затем прополоснул рот.

Сплюнув струю воды на землю, он неожиданно спросил:

- Ахмед, а ты когда в последний раз видел свою супругу?

- В мае прошлого года, когда ты посылал меня в Дамаск, - отозвался сарацин и, взяв у Габриэля кружку, медленно допил остаток воды. - Несколько ночей тайком, как любовник, ходил к собственной жене, чтобы соседи не узнали и не разнесли по городу весть о моем возвращении. Жена тогда призналась, что уже почти меня оплакала. Ведь перед этим меня тоже около года не было дома.

- Ты всегда, сколько я помню, вел кочевую жизнь. Могла бы и привыкнуть.

- Твоя жена привыкла бы?

- Нет, конечно. Прости, я сказал глупость. Ты куда сейчас?

- Пойду поброжу по рынкам, послушаю новости.

Ахмед поставил кружку на место и вышел на улицу.

Габриэль ждал его к полудню, но Ахмед, сильно встревоженный, вернулся гораздо раньше и тут же вызвал его во двор. Они присели на уступ саманного забора.

- Командир, новости плохие. Я, правда, не во всем разобрался, но ты наверняка знаешь больше, поэтому слушай. В Дамаске в начале зимы разразился страшный скандал: одна из служанок в алькасаре призналась, что помогла какому-то славянину выкрасть христианскую святыню, крест, что ли. Рассказчики упоминали имя Хайфы, и я понял, что речь идет о ее бывшем пленнике - Алексее.

Габриэль, стиснув зубы, слушал. Он, конечно, ждал переполоха у сарацин из-за похищенного Креста, но ему и в страшном сне не привиделось, что это произойдет в столь неподходящий момент. Он во враждебном мусульманском городе с женой и грудным ребенком на руках, для защиты которых в его распоряжении всего пять мечей. В душе Габриэля разрасталась откровенная паника, и ему пришлось сделать над собой неимоверное усилие, чтобы ее заглушить.

- Что еще ты узнал?

- Люди дамасского амира выяснили, что Алексей с франкской золотоволосой женщиной бежал в Константинополь.

Вдогонку им послали опытных лазутчиков, но те опоздали: славянин вместе с женщиной успели отплыть в Палестину.

- Алексей? В Палестину? - Соображая, Габриэль на миг замер и вдруг улыбнулся: - Шпионы перепутали меня с ним! Алексей вместе с Гликерией отправился в Новгород за два дня до нашего отплытия. Они уехали тихо, незаметно для всех, а нас провожали с помпой. Вот люди амира и не разобрали, что рядом с золотоволосой женщиной уже совсем другой мужчина. К тому же на мне был берет, скрывший волосы.

Виконт расхохотался, но его неуместный смех тут же оборвался.

- Ахмед, я должен тебе кое-что рассказать.

- Не стоит, командир, - грустно ухмыльнулся мусульманин, - меньше знаешь, лучше спишь… и не проболтаешься, когда тебе прижгут пятки или пройдутся плетью по спине.