Фурия первого лорда [пер. Notabenoid]

— Беда никогда не приходит одна, — Аттис вздохнул и закрыл глаза. — Ладно. Ваши рекомендации, графиня?

— Придерживаться плана, но растянуть по времени, — проговорила она, — использовать «мулов» по полной, а не просто как часть плана. Удерживать стены, пока гражданские не окажутся в безопасности, затем отвести войска.

— Отходить в темноте? — спросил он. — Вы хоть представляете себе, насколько это опасное предприятие? Малейшая ошибка может превратить отступление в полнейший разгром.

— Попросите Дорогу и его клан задержать врага на время и прикрывать ваше отступление, — ответила она. — Гарганты — прирождённые убийцы ворда, и они достаточно быстры, чтобы опередить врага на пути обратно в Гаррисон.

Какой-то момент Аттис обдумывал это, а затем медленно кивнул.

— Вероятно, это лучшее, что мы можем сделать в данных обстоятельствах. Сделайте это, графиня, если понадобится, от моего имени.

— Да, Ваше Высочество.

Он устало кивнул и закрыл свои запавшие глаза.

Амара нахмурилась и огляделась в комнате.

— Ваше Высочество? Где сэр Эрен?

Скулы Аттиса стали выглядеть еще острее.

— Он погиб на стене сегодня утром останавливая прорыв ворда.

Амара почувствовала, как внутри нее все сжалось. Ей нравился этот молодой человек, она ценила его способности и ум.

Она с трудом могла подумать о том, как он, холодный и мертвый, лежит на камнях той стены.

— О, великие фурии, — выдохнула она.

— Знали ли вы, графиня, — сказал Аттис, — чьей идеей было выставить меня мишенью там, в Риве? Одному и уязвимому, чтобы выманить Инвидию или Королеву? — Его изнуренная улыбка все еще напоминала львиный оскал. — Конечно, он не так это описывал.

— Правда? — тихо сказала Амара.

— Да, так робко все представил, что я было подумал, будто это была моя идея, — он снова закашлялся, хотя у него на это не осталось сил.

— Конечно, никто уже не может знать точно, — сказал он.

— Но мне кажется, что коротышка подставил меня. Не обладая сильными фуриями и…

Он закашлялся и рассмеялся, оба звука были сухими и изможденными.

— Возможно, поэтому он настоял на том, чтобы наблюдать за тем, что произойдет этим утром, когда он послал Антиллуса и остальных раздуть огонь. Ведь он знал, что его рекомендация имела такое влияние.

Он махнул рукой в сторону своего изувеченного тела.

— Возможно, все потому, что он испытывал вину, видя результаты своих действий.

— Или, возможно, он не был манипулятором и убийцей, а просто был преданным слугой своей Империи, — сказала Амара.

Кривая, горькая усмешка показалась на его губах.

— Эти качества вовсе не исключают друг друга, Графиня.

— Он не должен был быть там. Его никогда не обучали в качестве солдата.

— На такой войне, как эта, Графиня, — очень мягко произнес Аттис, — не бывает гражданских. Только выжившие. Хорошие люди погибают, даже если они не заслужили этого. Или может мы все это заслужили. А может и никто не заслужил. Не важно. Война ничем не лучше смерти.