Запрещенные друг другу

Тут и ходить далеко не нужно. Вспомнить хотя бы случай трехдневной давности. Всем досталось. Без исключения. А всё почему? Потому что никто из них не железный. Всему когда-то наступает конец, даже чьей-то легендарной выдержке.

Серёга извлек из внутреннего кармана пиджака переданный на хранение сотовый.

— Вот, возвращаю в целостности и сохранности.

Дударев стряхнул за окно пепел и зажал сигарету зубами, забрал телефон. Внутри тревожно ухнуло, но внешне он никак не выдал своего состояния, сохраняя тот же невозмутимый вид.

— Только он сел, — сообщил с сожалением Сергей, коря себя за невнимательность.

— Звонила? — поинтересовался Вал, положив телефон на приборную панель. Спросил между прочим, чтобы заполнить возникшую паузу. По-любому Юля ждала ответа. Иначе и быть не могло. Хорошо ещё, что додумался сразу оставить телефон Зене, а то бы вся дежурка читала их переписку.

— Миллион раз. И звонила, и писала. Извини, не получилось зарядить. У меня разъем на зарядке другой.

— Читал?

— Я что, по-твоему, похож на смертника? — прозвучало обижено.

Вал только кивнул. Что-что, а состояние Юли ему было знакомо. Сам через такое прошел недавно. Конечно, можно было и предупредить, попросить того же Серёгу написать ей сообщение и вкратце рассказать, что стряслось, но… на тот момент он был в таком раздрае, что только и смог, что отставить телефон Серёге от греха подальше. А потом не до сообщений было. Все три дня, что провел за решеткой, задавался одним единственным вопросом: был у неё секс с мужем или нет? Взял он её силой или она добровольно отдалась?

Эти вопросы его так и не отпустили. Долбили молотками в височную кость, напоминая, из-за чего именно он загремел в изолятор.

— Вал, нельзя так реагировать, — словно догадавшись о его мыслях, начал Сергей. — Я ведь в следующий раз могу и не помочь. Ты ведь тоже юрист.

Дударев дернул плечом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ты сам всё видел.

— Бл*дь, да он что угодно тебе выдаст. Причем, во всех деталях: как и сколько раз она кончала, какое белье было на ней в тот момент, — поймав на себе озверевший взгляд, Сергей благоразумно заткнулся.

Вал в сердцах увалил кулаком об руль. Никому не понять, что он испытал тогда. Он вообще не ожидал увидеть на пресс-конференции Глеба. Охренел — и это ещё мягко сказано. Просочилась всё-таки тварь, нашла лазейку, хотя чётко дал понять охране не впускать суку ни под каким предлогом. И вот он отвечает на каверзные вопросы журналюг, умело ставит их на место, предоставляя ловко подтасованные факты, и тут… эта гнида, берет и достает из нагрудного кармана женские трусы. И не просто там белье, а именно те самые стринги, что были на Юле в их последнюю встречу….

Если бы можно было, урыл бы тварь прямо на месте. Сейчас не мог сказать, как именно всё произошло, но помнил, что пришел в себя уже таскающим Осинского за глотку, а какая-то жирная тётка дубасила его сумкой по плечам. И хрен поймешь, что в том лантухе было: то ли картошка, то ли кирпичи. Потому что спина у него так и не прошла. Ныла по сей день.