Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3

— Ты шутишь, — надула губки Вьюнок.

— Нисколько. Правда, Марк?

— Общее образование покончило с подобными суевериями, — заметила Гермия скептически.

— Только не в сельской местности. А твое мнение, Марк?

— По-моему, ты прав, — ответил я, подумав. — Хотя с уверенностью я сказать не берусь. Почти не жил в деревне.

— Мне кажется, представлять на сцене ведьму как обычную старуху невозможно, — заявила Гермия, возвращаясь к замечанию Дэвида. — В них, безусловно, должно быть что-то сверхъестественное.

— Но подумайте сами, — возразил Дэвид, — это все равно что сумасшествие. Если безумец мечется как угорелый, с соломой в волосах и искаженным лицом, никому не страшно. Но помню, однажды меня послали с запиской к врачу-психиатру в лечебницу, я должен был подождать в приемной, где какая-то милая старушка сидела себе спокойно, попивая молоко. И вдруг она наклоняется ко мне и спрашивает еле слышно: «Это ваше несчастное дитя похоронено в стене за камином?» Кивнула и добавила: «Ровно в двенадцать десять. Минута в минуту. Каждый день. Притворитесь, что не заметили крови». Меня пробрал страх, когда она все это нашептывала, ласково и спокойно.

— А в стене за камином и вправду был кто-то похоронен? — полюбопытствовала Вьюнок.

Дэвид, не обратив на ее слова внимания, продолжал:

— Возьмите, к примеру, медиумов. Трансы, темные комнаты, шепот, стуки. После чего медиум поправляет волосы, собирает вещи и отправляется домой ужинать. Обычная, спокойная, добродушная женщина.

— Значит, ты представляешь себе ведьм так: три шотландские старые карги с даром предвидения тайно совершают свои обряды, колдуют над кипящим котлом, вызывают духов, но сами остаются с виду тремя обычными старухами? Пожалуй, ты прав. Производит впечатление.

— Если вы сумеете заставить актеров играть это таким образом, — сухо вставила Гермия.

— Верно, — согласился Дэвид. — Малейший намек на безумие в пьесе — и актер пускается во все тяжкие! То же и с неожиданной смертью. Ну не может он просто так взять и упасть замертво. Стонет, пошатывается, вращает глазами, хватается за сердце — разыгрывает целую сцену. Кстати, о сценах: как вам исполнение Макбета Филдингом? Невероятно противоречивые оценки критики.

— Блестяще играет, — сказала Гермия. — Сцена с врачевателем, после того как он ходит во сне… «Неужто не поможешь ты утратившему разум?» Он выявил то, что мне никогда не приходило в голову, ведь это приказ врачевателю убить жену. И ясно, что жену он любит. Филдинг раскрыл борьбу между страхом и любовью в душе своего героя. А реплика: «И после — суждено тебе погибнуть» — поразила меня до глубины души. Как никогда.

— Шекспира ожидали бы некоторые сюрпризы, доведись ему увидеть, как играют его пьесы нынче, — иронически заметил я.