Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3

— Вагнер тоже возбуждает аппетит. В «Ковент-Гарден»[599] в антракте сандвичи с копченой семгой исчезают мгновенно. А насчет Дувра — просто мы едем в этом направлении.

— Я свернул, потому что здесь объезд, — пояснил я.

— Слишком длинный получился у тебя объезд. Мы уже давно то ли на Старом, то ли на Новом Кентском шоссе.

Я оглянулся и вынужден был признать: Гермия, как всегда, права.

— Постоянно сбиваюсь здесь с дороги, — повинился я.

— Да, здесь легко запутаться. Все время приходится кружить у вокзала Ватерлоо.

Наконец, успешно преодолев Вестминстерский мост, мы опять заговорили о постановке «Макбета». Моя приятельница Гермия Редклифф — красивая молодая женщина, ей двадцать восемь. У нее безупречный классический профиль и шапка густых каштановых волос. Моя сестра неизменно называет ее «подругой Марка», причем так и слышишь многозначительные кавычки — это выводит меня из себя.

В «Фэнтези» нас встретили приветливо и провели к маленькому столику у обитой алым бархатом стены. «Фэнтези» пользуется заслуженной популярностью, и столики там поставлены тесно. Когда мы усаживались, кто-то вдруг радостно окликнул нас. За соседним столом сидел Дэвид Ардингли, преподаватель истории в Оксфорде. Он представил нам свою спутницу, прехорошенькую девушку с модной прической: волосы торчали во все стороны, а над макушкой прядки поднимались под невероятным углом. Как ни странно, прическа ей шла. У девицы были огромные голубые глаза, рот она все время держала полуоткрытым. Как и все девушки Дэвида, она была непроходимо глупа. Дэвид, человек редкого интеллекта, почему-то находил удовольствие только в компании совершенно пустоголовых красоток.

— Это моя глубокая привязанность, Вьюнок, — сообщил он. — Познакомься с Марком и Гермией. Они очень серьезные и интеллигентные. Постарайся не ударить перед ними лицом в грязь. А мы были в варьете, смотрели прелестное шоу — «Давайте веселиться!». Вы, держу пари, только что с Шекспира или Ибсена?

— Смотрели «Макбета», — сказала Гермия.

— Ага, и какое впечатление от постановки Баттерсона?

— Мне понравилось, — ответила Гермия. — Интересные световые эффекты. Впечатляющая, поразительная сцена пира.

— А как выглядели ведьмы?

— Ужасно! — сказала Гермия и добавила: — Как всегда.

Дэвид кивнул, заметив:

— Обычно в их трактовке присутствует элемент пантомимы. Скачут, кривляются, как три Короля-Демона. Так и ждешь — вот явится Добрая Фея в белых одеждах с блестками и закричит сдавленным голоском: