Среди огнистых камней

– Егор, тебе нравится здесь?

– Ничего, я думал, будет хуже.

– Но ты совсем не отдыхаешь, ты все время в делах. Неужели разговоры с Борисом тебе не надоели? Ты сегодня весь день серьезный, за исключением игры на гитаре.

– Да, я увлекся,– согласился он. – Но, время идет, а мне хотелось бы узнать побольше, пока оно еще есть.

– Ты разговаривал здесь с кем-нибудь, кроме Бориса?

– Так, пару слов,– признался он.

– Егор, не будь занудой, пригласи кого-нибудь на танец. Им будет очень приятно, ты не представляешь, какие они хорошие. Поговори немного с Джеком или его сыном. Ты знаешь, что Вернек учился в Принстоне на физмате? Он защитил диссертацию, но оставил нашу Землю, ради того, чтобы помочь своему отцу и быть рядом с семьей. И он одинок, потому что не может создать семью, и найти себе девушку. А у Сола нет детей, поэтому он грустный,– увлеченно перечисляла я, затронувшую мое сердце информацию.

– Маша, когда ты говоришь так, я не могу держать себя в руках. Я боюсь сказать лишнее,– взгляд Егора скользил поверх моей головы, избегая моих глаз.

– Что я такого сказала, Егор? – не поняла я.

– Ты так переживаешь об этих людях, когда сама нуждаешься в помощи.

– Мне не нужна помощь, со мной все хорошо, Егор.

– Значит, мне нужна, со мной сейчас не все хорошо.

– Ты можешь сказать, что беспокоит тебя?

– Ты, Маша; ты – все мое беспокойство. Больше меня ничего не интересует. Ты сейчас танцуешь со мной, такая ослепительно красивая,– прошептал он, чтобы заглушить страстные нотки в голосе,– а я думаю только о том, как помочь тебе.

– Егор…– я остановилась, не зная, как прервать неправильное направление нашего разговора и его мыслей.

– Ничего не говори, Маша, что бы ты ни сказала сейчас, это не будет правильным. Я бы хотел сказать тебе три слова, которыми живу, но обещал, что ты не услышишь их. Не думай обо мне, думай о себе, Маша. Если ты будешь счастлива, то и у меня все будет в порядке,– он замолчал, потому что наш танец подходил к концу. – И, если тебе будет спокойно от этого, я потанцую с кем-нибудь.

Он отвел меня к креслу, чтоб я отдохнула. Я села и около меня тут же оказался Рауль.

– Ты расстроена?

– Немного,– призналась я.– Егор мучается из-за меня, и я не знаю, как исправить его настроение. Меня терзает чувство вины.

– Проблемы с выбором всегда изнуряют и не всем легко даются,– посочувствовал мне Рауль.

– Нет никакого выбора, Рауль. Я люблю тебя, а Егор мне друг, и я не хочу, чтобы он изводил себя из-за меня.

Рауль не ответил мне, а только погладил пальцем мою щеку, странно вглядываясь в меня. Зазвучала музыка, и я увидела, как Егор пригласил на танец Солли, а Лизи настойчиво вытаскивала с дивана Алека.

– Хочешь еще танцевать? – спросил меня Рауль.

На глаза мне попался скучающий Вернек, и я сказала, что потанцую с ним. Парень покраснел, словно девушка, когда я пригласила его, но смело обнял меня в танце. Моя благодарность за розы вызвала улыбку на его лице, и напряжение с неловкостью пропали. Мы не разговаривали, и просто двигались по залу, рассматривая других. Мои глаза следили за Раулем, танцующим с Милитой, пока Горей отсиживался в кресле. Карие глаза Бориса следовали за нами, а Дэн кружился с красивой Эрикой. По окончании танца, Вернек замялся, не зная проводить ли меня к Раулю или в кресло. Я выбрала кресло, чтобы отдохнуть, пока Рауль отводил Милиту. Музыка продолжала призывно звучать, и сквозь танцующие пары я увидела, что Рауль подошел к Егору. В тревоге, что они наговорят друг другу лишнее, я напряженно всматривалась, готовая вмешаться в любую секунду, если ситуация покажется мне критической.