Электронная книга - «История шпионажа. Том 2». Краткое содержание книги:
Через два дня ему позвонил Гейдрих, который сообщил: «Я должен встретиться с Вагнером в 14.30. В основном я эту программу принял, но перед тем как ее подписать, надо уточнить детали. Хорошо было, если бы вы ко мне приехали. Мы вместе подготовим эти поправки. Кстати, а вы Вагнеру понравились. Он настаивает, чтобы я вас привез с собой».
Обсуждение проекта между Гейдрихом и Вагнером в присутствии Шелленберга, который предпочитал молчать, было в общем ненуж ным, потому что они не изменили в проекте, составленном ассис тентом Гейдриха, ни слова. Шелленбергу таким образом удалось примирить армию и СД к общему удовлетворению обоих сторон.
Но подготовка плана «Барбароссы» не ограничивалась такого рода переговорами секретных служб по организационным вопросам их предстоящей работы в будущей военной кампании. Времени ос тавалось совсем мало. Уже был конец апреля и приказом № 21 была назначена дата окончания подготовки плана наступления — 15 мая.
Естественно, что вопрос о Югославии (государственный перево рот царя Петра и генерала Душана Симовича) несколько затормо зил эту намеченную дату. В бешенстве Гитлер готов был стереть Югославию с лица Европы. 6 апреля была начата операция «Марита» — военные действия против Югославии, которые распространились и на Грецию, чтобы помочь увязшим там итальянским войскам. Так за три недели вермахт раздавил две небольшие страны.
Первым совместным действием абвера и СД в начале мая 1941 года были аресты большого числа немцев, подозреваемых в сотрудничестве с русскими, затем внедрение немецких агентов в советские разведсети, чтобы обмануть Москву, распространить слухи о подготовке наступления Германии на Великобританию. И эта работа была проделана с легкостью, притом были получены точные данные о состоянии Красной Армии и о подготовке Сталина к войне.
У Канариса был измученный вид, он нервничал, был озабочен. Фюрер был им недоволен.
Однажды Гитлер сообщил Гиммлеру: «Абвер меня завалил рапортами, все они, конечно, содержат полезную информацию, но выводы приходится делать мне. Это недопустимо».
Канарис на самом деле вовсе не одобрял проекта наступления на СССР. Операция ему казалась плохо спланированной с самого начала. Он чувствовал, что молниеносной войны не получится — это утопия, сумасшествие. Об этом он сказал своим коллегам. Вильгельм Кейтель, которого уже в сотый раз после очередной отставки возвращали на прежнюю должность, вынужден был ему заметить: «Дорогой Канарис, вы в военной разведке неплохо разбираетесь, но вы человек флота. Поэтому воздержитесь давать нам уроки по стратегии и политике». Адмирал замкнулся, ушел в себя.
Шелленберг занимался вопросами контрразведки. Он уточнял доклад, предназначенный Гиммлеру. Он его уже почти закончил, когда в мае Гейдрих предупредил его, что их обоих вызывают лично к рейхсфюреру СС. Гиммлер только что простился с Гитлером, обрисовав ему сложившуюся на данный момент ситуацию, а посему хотел поставить в известность двух своих коллег. Обращаясь к Шелленбергу, он сказал: «Для вас я приберег два особых дела».
Первое было связано с намерением Гитлера объявить себя с началом войны с Россией, как и в сентябре 1939 года, фюрером немецкой нации. Гиммлер просил Шелленберга подготовить доклад о преступной деятельности Коминтерна и представить его полиции 22 июня 1941 года. Шелленбергу это не составило бы труда, но времени было слишком мало, ведь Гиммлер просил подготовить документ назавтра. «Я знаю, дорогой Шелленберг, что вы не волшебник, но постарайтесь, прошу вас. Гейдрих вам в этом поможет. Не теряйте ни минуты!»
Второй вопрос был связан с делом Гориа Сима, главы румынской Железной гвардии», движения румынских нацистов, пытавшегося свалить диктатуру прогермански настроенного Йона Антонеску. Гориа Сима был выдан диктатором в Германию, но бежал и укрылся в Италии. Гиммлер объяснил: «Фюрер хочет успокоить генерала Антонеску, что такое больше не повторится. И хорошо бы при попытке разделаться с Гориа свалить это на советскую разведку».
По мнению Гейдриха, дело, связанное с этим человеком, было очень тонким, нельзя было портить отношения с верным союзником Румынией. Так хотел Гитлер.
Шелленберг, не мешкая, принялся за работу. Уже на следующий день его доклад был передан Гитлеру.