Эпоха 1812 года и казачество. Страницы русской военной истории. Источники. Исследования. Историография [litres]

Как раз с точки зрения основ геополитики англо-русский союз имел тогда гораздо больше шансов на реализацию, несмотря на существовавшие противоречия и разные подходы при решении конкретных задач европейской политики. Такой союз был вполне закономерен, так как оба государства имели сходные интересы в отношении Центральной Европы, им оставалось только договориться между собой. Поэтому необходимо признать, что первоначальный исходный посыл О. В. Соколова о «личной неприязни» российского императора ошибочен, мало того, он создает неправильное и превратное представление о позиции России в этом военном конфликте. Неправильная оценка причин войны ведет за собой и шлейф искажений в описании характера кампании и русской стратегии в целом.

Другой вопрос: существовало ли осознание общности своих геополитических и стратегических интересов Франции и России? Попробуем даже несколько упростить задачу, сформулировав вопрос по-иному: насколько заключенный союз в 1807 г. в Тильзите отвечал и соответствовал долговременным интересам каждого государства? Собственно в дипломатии, политике и экономике этот критерий и определяет прочность любых соглашений. Заключенный договор действует до тех пор, пока устраивает партнеров, если же выгода односторонняя, или другая сторона вынуждена была заключить соглашение под давлением каких-либо обстоятельств, то всегда существует угроза досрочного расторжения достигнутых договоренностей.

Был ли выгоден союз в Тильзите Франции? Бесспорно, ― да. Наполеон (он всегда являлся сторонником франко-русского сближения) был крайне заинтересован в упрочении альянса, так как он давал ему возможность решать основную внешнеполитическую задачу ― эффективно бороться с главным противником (Великобританией) и попутно решать другие локальные проблемы в Европе, имея со стороны России защищенные тылы и не опасаясь ударов в спину.

Другой очень важный вопрос: отвечал ли союз российским интересам? Неужели буржуазно-аристократическая Англия для России, как и для Франции, была главным врагом? Возможно, если геополитики действительно правы, было бы лучше русскому царю «зажмуриться» и вступить в настоящий альянс с Наполеоном против Англии? Но отвечал бы этот по-настоящему подлинный заключенный (а не вынужденный, как в Тильзите) союз российским интересам? Даже учитывая все англо-российские противоречия и британские «грехи» перед Россией, думаю, тем не менее, что ответ на последний вопрос будет отрицательным.. Представим себе гипотетический результат такого франко-российского «брака»: в борьбе с туманным Альбионом Наполеон при помощи (или нейтралитете) русских оказался бы победителем. Даже не важно ― экономическими средствами или военным путем французы поставили бы Британию на колени. Что в итоге получали бы русские? Они оказались бы без союзников, один на один с могущественной империей, политически и экономически безраздельно доминирующей в Европе. Нетрудно предугадать, куда после Англии была бы направлена победная поступь наполеоновских орлов ― против единственной оставшейся крупной державы в Европе, то есть против России. Такой поход на Восток состоялся бы обязательно ― это был только вопрос времени. Вот объективность реалий и стратегических последствий подобного решения. Вряд ли Александр I не просчитывал подобную ситуацию, вероятно, он все же сохранил способность к политической калькуляции средней сложности.