Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

На этот раз я не разделила возмущения пани Осташковой, ибо у меня перехватило дыхание. Меня как электрическим током ударило, и по всему телу мурашки пробежали. Мися, Мизя… Нет, невозможно такое стечение обстоятельств! Хотя… Раз Елена написала мне, это о чем-то говорит. И упоминание о какой-то бабе, которая меня ненавидит… Езус-Мария!

– …Ездила к ним убираться в доме, сдается мне, они хорошо платили, денежки у Елены ведь водились, каждый раз что-нибудь да привозила — то детям мелочи, то подарок какой, — продолжала тараторить пани Осташкова как заведенная машина, не в силах самостоятельно остановиться. — Но точно не скажу, не знаю. А знать может Еленина подружка, была у нее такая, хотя я никогда ее не видела и как зовут — не знаю, но вот была, это точно. Они с ней еще в школе вместе учились, мы-то с Еленой в разных классах были, так что подруг ее я не знала, но Елена столько раз говорила, бывало — вот, слава Богу, хоть есть с кем поговорить, а ей много подруг и не требуется, одной хватит. Как будто со мной поговорить нельзя, уж, кажется, кто ей ближе…

О Елениной подружке пани Осташкову заставила вспомнить давняя обида — как же, оскорбили ближайшую родственницу в лучших чувствах. Я ухватилась за подружку как утопающий за соломинку, но она и оказалась соломинкой. Пани Осташкова ровно ничего не знала о подруге, и я должна была вновь выслушивать бесконечные жалобы на скрытность и таинственность Елены. Специально, что ли, скрывала свою единственную подругу от нее, пани Осташковой? Единственное, что удалось установить, это факт ее проживания где-то неподалеку от Елениных хозяев с большим садом. Ну и сам факт существования подружки.

Возвращаясь в Варшаву, я раздумывала над тем, чего бы добились полицейские, если бы вместо меня попытались пообщаться с пани Осташковой. Думаю, немногого. Мною супруг пани Осташковой пренебрег, а вот к полиции отнесся бы со всем уважением, а следовательно, присутствовал бы на допросе жены и сдержал ее безудержное словоизвержение. Мужчина, судя по всему, серьезный, уж он бы не допустил никаких бабьих сплетен и пересудов, никаких глупых разговорчиков. А ведь ценными были именно эти бабьи пересуды.

Ах, как мне не хватает Гжегожа!

Полиция и в самом деле уже на следующий день сочла нужным побеседовать со мной. Позвонил пан полковник лично и попросил разрешения нанести мне визит. Не хочет он меня с ногой таскать по этажам и кабинетам, поэтому явится ко мне домой с одним из своих сотрудников. Пожалуйста, разумеется, сколько угодно, ничего не имею против, всегда рада приятным гостям.