Хранитель подземелий. Возрождение Хранителя

– Знаете, что я думаю, друзья мои? – пинком подогнав ворох углей ближе к потрескивавшему центру разложенного в пирамиду горящего валежника, – когда собирается большая компания товарищей, бывает сложно найти предмет для разговора. Казалось бы, все мы так не похожи друг на друга. Может показаться, объединяет нас совсем немного вещей. И, как мне кажется, идеальный выход из такого положения – это открыться друг другу, рассказать всем и каждому свою историю. Кто ты, откуда пришел и к чему идешь. Лично я послушаю с удовольствием, для сбора материала к предстоящей новелле это будет как нельзя кстати.

Клажир встрепенулся, дернув головой так, что Кэлрен, опиравшаяся на него, едва не грянулась оземь.

– Полностью поощряю! Сразу видно писателя – чтобы стать таким же, как господин Ревиан, нужно научиться черпать вдохновение во всем, что тебя окружает, в каждой минуте своей жизни. Ведь с нуля придумать ничего полностью невозможно, а наша жизнь – лучший источник материала для хороших историй. О себе я мог многое рассказать. Как я познал суровое существование в Ганрайской глубинке, тяжелый труд, дабы добыть пропитание себе и своей бедной матушке, в кузнице моего села могли бы коваться…

– Ты забодал! – взъерепенился Мурвак, – мы так до утра сидеть будем, слушая твою бредятину. Если из несмыкающихся уст этого мальца прозвучит еще хоть одно слово – я уйду, и так уже спать охота. А наутро – привет гребаному похмелью. И зачем я пил эту мочу, называемую выпивкой…

– Не умеешь пить – не пей – это тебе, Мурвак, – донесся из задних рядов голос Эрлингая, – насчет же историй, по моему скромному мнению, не стоит бежать впереди падающей звезды со своими байками, если тебя об этом не просили.

Пристыженный Клажир в поисках защиты посмотрел на Кэлрен, но девчонка лишь неопределенно пожала плечами.

– Я бы не хотел ворошить прошлое вообще, – выразил свое мнение Гримбла, – толку с этого?

– Мудрецы Лайнур-Арая говорили еще со времен нашествия Заргула, – поучительным тоном известил Йоши-Року, – живи здесь и сейчас, но смотри в будущее и не забывай прошлое. А прошлое – лучший учитель жизни.

Мастер из лесов Хаглоры, говоря это, прошествовал сквозь скопление рассевшихся гостей селения, затем устроился поудобнее, скрестив ноги поближе к костру. С возрастом, к своему неудовольствию, маг отметил, что он стал становиться все более мерзлявым. На поваленном каштановом стволе, на который решили пересесть молодые крестальцы, привстал Сангельс. Глядя с ожиданием на командора Карательного Отряда, он нашел в себе силы промолвить:

– Я многое читал о могучем Глоддрике в книгах достопочтенного господина Гувера. Если уважаемый Харлауд не против, я осмелюсь попросить его поведать нам его историю. Я думаю, это было бы занимательно, особенно для нас, молодых. Что мог бы командор открыть нам из своего прошлого?