Веселие Руси. XX век. Градус новейшей российской истории. От «пьяного бюджета» до «сухого закона»

Среди людей творческого труда (писателей и художников, в первую очередь) часто встречались пьяницы, ибо состояние опьянения было одной из временных форм душевного существования, сохранения свободы, бегством от неприятной им реальности. Пьянство для многих было чем-то сродни творчеству.

Александр Зиновьев вспоминал: «Я выпивать начал поздно, в конце войны. Тогда, после боевых 100 граммов, к выпивке очень многие приобщились. А после войны молодых здоровых людей, которые войну воспринимали как нормальный образ жизни, выбросили на улицу, и они не смогли найти себя. Потом к ним подтянулись освободившиеся из ГУЛАГа. Вся самая интересная интеллектуальная и творческая жизнь проходила в пьяных компаниях. Мы никогда не копили денег. Все, что зарабатывали, тут же прогуливали. Кутили до последнего рубля… Тут раскрывался русский характер – непомерная щедрость. В пьянство уходили великие таланты. Оно как-то скрашивало жизнь. Через школу пьянства прошли все лучшие люди тех времен. Я и сам относился к нему, как к национальной религии. И, тем не менее, мы успевали пить и писать кандидатские, докторские, становились академиками, знаменитыми писателями и художниками. В советские времена в сфере пьянства вращались все приличные люди»[781].

Как вспоминал актер и режиссер Юрий Сорокин об актере Георгии Францевиче Милляре: «Он всегда был подшофе. Роу запретил продавать Милляру спиртное, так знаете, что придумал Ге – оргий Францевич? Милляр на виду у всей съемочной группы шел к машине с бидончиком: «О, о, о, за молочком», – возвращался и через пять минут был уже пьяненьким. Он заранее договаривался с продавщицей, та ставила в бидон бутылку и сверху наливала молоко. Милляр предпочитал дешевенький портвейн «Кавказ» и тройной одеколон»[782].

Снимая картину «Белое солнце пустыни», режиссер Владимир Мотыль утвердил на роль красноармейца Сухова актера Георгия Юматова. Однако перед самыми съемками тот ушел в глубокий запой. В итоге Сухова сыграл Анатолий Кузнецов. С Юматовым такое случалось не впервой – из-за этого в свое время он не сыграл главные роли в фильмах «Верьте мне, люди!», «Павел Корчагин»[783]. По этой же причине была короткой карьера таких артистов, как Сергей Гурзо и Петр Алейников. Олег Даль постоянно приезжал на съемки кинофильма «Женя, Же – нечка и Катюша» в сильном подпитии. Суд в конечном итоге «припаял» ему 15 суток, и его под стражей доставляли на съемочную площадку[784].

Известный саксофонист Алексей Козлов жаловался, что из-за выпивки ему не раз приходилось расставаться с очень нужными ему людьми, как музыкантами, так и не менее важными в гастролях специалистами – звукорежиссерами, осветителями. Иногда приходилось закрывать глаза на подвыпивших рабочих, которым не было замены[785].