Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

Во время штурма осаждающего могли встречать подрывы мин – пороховых зарядов, заложенных гарнизоном в предполагаемом месте нападения. При взятии Нарвы «неприятель подкопом крепко наших подорвал»[1399]; в Эльбинге штурмующих ждали «многие мины и крепкое противление» [1400].

Реляции о взятии крепостей, как правило, описывают ход приступа в более или менее общих чертах. Увидеть отдельные моменты, как бы выхваченные фотовспышкой из темноты летней ночи 1704 года, позволяют на первый взгляд неожиданные документы – «полковничьи заручные ведомости» о потерянном во время штурмов Дерпта и Нарвы полковом военном имуществе. Списки потерь ничего не говорят о ходе боя, но описания пропавшего «после побитых и раненых солдат ружья и припасов» содержат некоторые драматичные подробности. Капитанармус – старший унтер-офицер, который был вооружен алебардой и носил с собой запас пуль и пороха, чтобы пополнять в бою патронные сумы солдат своей роты; в полку Николая Балка на приступе Дерпта пропала «1 алебарда, 2 сумы каптенармуских, в том числе 1 пулечная, другая пороховая, и та алебарда и сума пропала, а другую на каптенармусе разорвало» [1401]. По-видимому, в пылу боя, среди стрельбы искра попала в пороховую каптенармусскую суму и взорвала ее вместе с хозяином. То же случилось с каптенармусом полка Англера при штурме Нарвы, когда «суму каптенармускую с порохом разорвало, пропала сума пулечная» [1402]. Десять гренадер полка Ивана Делдина, очевидно, погибли или пострадали под Дерптом, когда «на приступе же на роскате [батарее. – Б. М.] взорвало порох, и тем порохом сожгло и изорвало: 10 сум гранодерских болших, с медными трубки, 1 трубка жестяная болшая» [1403]. Изорванная взрывом патронная сума из дерева и кожи, переломанные ядрами штыки и стволы, побитые пулями ружейные ложи, разорванные и раздутые от длительной стрельбы фузейные стволы – все это встречается в описях утерянного имущества и позволяет представить, какие опасности ждали солдат в бою «эпохи черного пороха». Анофрий Филиппович Мишин, рядовой из полка фон Дельдена, под Дерптом был «ранен в голову, и в правую руку, и в обе ноги, в правой ноге 9 ран, в левой 1»; а Матвей Мартынович Глезнев, солдат полка Келина, на том же штурме «ранен, как раскат взорвало, от того опален порохом, и в левую ногу ранен пулею»[1404]. О характере потерь среди участников штурма Мариенбурга на плотах упоминает Шереметев в письме Петру от 27 августа 1702 г.: «Некоторый и упадок от пушек дробовых салдатам Иванова полку Англера учинился: побито несколко десятков ч. и ранено несколко десятков жч.; а Николаева полку Балка толко у одного ногу оторвало, а другова убило, да драгунов и мурзенкова полку самое неболшое число, человек с 12» [1405]. В письме царю Б. П. Шереметев писал о неком драгуне, «как он мужественно зделал на бою, и руку оторвало на бою, и висела на жилах, и он сам ее отрезал, и детина умен» [1406]. Мы не знаем точно, какой бой имелся в виду – возможно, штурм Нотебурга; Петр приказал доставить героя к себе лично. В челобитной и сказке лейб-гвардии Семеновского полка каптенармуса Степана Андреевича Юрьева от 26.11.1731 читаем: «В 704-м году августа 9-го числа при взятье Нарвы на приступе под стеною на леснице ранен ис пушки дробью, и перешибли левую ногу попалам, которая и оттерта пилою в целом месте ниже подвяски…» [1407]. Тогда же майор полка Репнина Григорий Петрович Чернышев был «ранен в голову камнем, а в правую руку поколот шпагой» [1408]. При штурме Нарвы был ранен денщик Петра (будущий контр-адмирал) Н. П. Вильбуа [1409]. Особо стоит отметить потери, вызванные взрывом мины; например при штурме Нарвы были «ранены и завалены подкопом» рядовой полка Шонбека Федор Тимофеевич Панов и сержант полка Купера Павел Петрович Горбунов [1410]. Защитник Полтавской крепости прапорщик Ларион Федорович Кравков был ранен «в осадном сидении на стене, обе ноги против пояса пробиты навылет, також и правая нога пониже колена пробита ж навылет» [1411].