Тайны гор, которых не было на карте [calibre 4.19.0]

Манька так и сделала. Смотреть в землю оказалось проще, чем она думала. Много она нашла добра. Сначала две кладовки, одна слева, другая справа. Как в бане. Очевидно, проклятие и благословение были устроены по образу и подобию всего, что Баба Яга применила к избам, чтобы заманить их и заставить служить себе. Ничего удивительного – избы были живыми, а Благодетельница училась у Матушки. Теперь Манька понимала и силу чертей, и подвалы, набитые покойниками, и странные кладовки, всевидящие глаза и всеслышащие уши. Баба Яга держала при себе избы, как вампиры держали человека, с той лишь разницей, что в последнее время обе они Благодетеля в Бабе Яге не видели.

Господи, через что прошли, ведь не люди и устроены иначе!

В кладовке, что слева, нашла она своих собак мертвых, по которым убивалась всякий раз, как пропадали они из дому, горсть земли с могилы, черепа, которые приснились ей однажды, удавленный человек, обрубки конечностей и кишки, выпушенные из живых людей, и животных, ведерко с помойной ямы, законсервированные огурцы и водка, призванные алкоголиков собирать, веревки намыленные, уже и завязанные как надо. И сразу за тем нашлись вампиры, которые смеялись над всяким, кто смотрел на нее, как на человека. И кота нашла. Даже Благодетельницу, которая саму Маньку изображала, лобзая, на первый взгляд, симпатичного вампирчика, пока под маску не заглянула. А под маской он был не лучше и не хуже других. Те же клыки, те же красные угольки алчных глаз, нездоровая худоба и желание угодить Благодетельнице.

Манька покраснела до кончиков ушей, сдурев, от того, сколько наложили на нее. Гадость, которую она нашла в себе самой, как в избах, не доставалась – состояние пространства вдруг становилось нейтральным, которым дыши, а человека не найдешь, прозрачным. А еще очень часто пространство виделось ей, как руки…

– Нет, воловьим глазом такое не увидишь! – прокомментировал Дьявол сие удивительное достояние. – Но земля манну небесную собирает. А вот если бы воловий глаз человеку промыли, то мало не показалось бы. Тусклый глаз не может быть разумным. Нет у тебя правого глаза, как и левого. И рук у тебя нет – меч на них нашел. Вот ты, имея такое добро, чувствуешь ли себя бедной?

– Не посмотрела бы, никогда бы не догадалась, что у меня такой имидж, – обалдела Манька. – Вроде бы ко всему уже привыкла… Но вампиры не перестают удивлять своей изобретательностью, – сердце ее болело: ладно люди – сами вампира искали, сами ему поклонились, а невинных животных было жалко до слез. Значит, не зря она так долго болела, когда ее животные пропадали, земля знала, что с ними произошло.

– Вот-вот! А вампир чувствует себя именно таким ничтожеством! И сколько бы ни дали, не перестанет ужасаться ужасу в себе. Попробуй-ка при такой бедности стать благотворителем! А имидж у него богатый.