Трейвон [ЛП]

— Ты знаешь, что это не так, моя Богиня, — мягко сказал ей Райден. — Мы оба знали, что есть другие Боги, которым это придется не по душе, — он мягко провел тыльной стороной своей массивной руки по ее щеке. — И они могли поверить, что я, низшее существо, смог пленить твое сердце.

— Ты никогда не был низшим существом, Райден! Я не позволю тебе так говорить о себе! Ты сделал то, что никто другой никогда бы не смог, Бог или нет! Если бы я не сделала тебя Богом, тебя бы помнили. Твои люди произносили бы твое имя с почтением.

— Думаешь, я бы предпочел, чтобы меня помнили, вместо того, чтобы быть с тобой? Это был мой выбор, Богиня. Тот, который ты мне дала, и я никогда не сожалел о своем решении. Никто, даже Боги, не могли предсказать, на что пойдет Дако.

Взгляд Джен перемещался между ними, когда они говорили, понимая, что это был не первый раз, когда у них был этот спор. Она просто не понимала, что именно произошло, особенно когда они упомянули имя Дако. Она слышала его раньше, но это всегда казалось ей проклятием, а не чьим-то именем.

— Дако — это проклятие, — произнес Райден, и она поняла, что он снова прочитал ее мысли. — Но он также является Богом, более низшим Богом, который напал на мой народ, когда он не смог добраться до моей истинной пары. Он распространил на моих людей свою ненависть ко мне, как злокачественную болезнь. Заставляя их воевать и уничтожать друг друга до полного уничтожения. Из-за этого мой народ потерял все знания о том, что было раньше. Они потеряли способность путешествовать на другие планеты, и из-за этого начали развиваться по-другому, хотя по существу все они были одинаковыми.

— Поэтому у кализианцев, торнианцев и ганглианцев раньше появлялось совместное жизнеспособное потомство, — произнесла она тихо.

— У них и у многих других. Хотя за последние пятьсот циклов ситуация изменилась.

— С начала Великой инфекции.

— Да, — прошептала Богиня.

— Если это так, то почему вы делаете кализианцев такими зависимыми от их суджа-бусин истинной пары?

— Это никогда не было нашим намерением, — сказал ей Райден. — Кализианцы — единственные, кто сохранил малейшее воспоминание обо мне и о том, что произошло.

— Но… как?

— Потому что они являются потомками моего брата Джади. Джади был достойным самцом и единственным, кому я бы доверил свой народ. Он сделал все, что мог, чтобы победить Дако, но он был не ровней Богу. Когда Джади понял, что все потеряно, он записал все, что произошло, и поместил это в единственное место, где, как он думал, будет безопасно, надеясь, что когда-нибудь один из наших людей найдет это и узнает правду. Но этого не произошло.

— Что случилось?

— Потомкам моего брата потребовалось несколько тысячелетий, чтобы оправиться от того вреда, что причинил им Дако, и снова начать космические полеты. Понт был одной из первых планет, которые они исследовали, и когда это сделали, они обнаружили то, что оставил мой брат.

— Тексты в ларце из кевтофа, скрытые в Кранне, — пробормотала Джен.