Трейвон [ЛП]

— Потому что ни один из вас не носит бусин, которые так почитают кализианцы, — Дженнифер жестом показала на бусину Трейвона, которая теперь располагалась на полностью заплетенной в косичку пряди волос.

— Это потому, что когда мы с Богиней стали истинными, таких бусин еще не было. Мы просто должны были верить друг другу и доверять своим чувствам.

— У меня создалось впечатление, что кализианцы всегда носили бусины.

— Только после того, как они стали кализианцами.

— Что…?

— Расскажи ей, любовь моя, — предложила Богиня, откинувшись на неожиданно появившийся шезлонг и держа в руке кубок с чем-то. — Расскажи ей, какой была Вселенная до того, как я сделала тебя Богом.

— Вы не всегда были Богом? — Джен не могла в это поверить. Для нее он был воплощением того, каким должен быть Бог.

— Мне лестно то, что ты так подумала, — ответил он ей, и сокрушительно прекрасная улыбка, появившаяся на его лице, заставила ее неосознанно податься к нему ближе.

— Мой! — зарычала Богиня, выпрямившись.

— Что? — моргнула Джен, и вся сила его улыбки над ней тут же исчезла. — О, да, конечно. Я не имела в виду… Подождите! Я ничего такого не говорила!

— Нет, но ты так думала, — сказал ей Райден.

— Вы можете читать мысли?

Райден просто пожал плечами и перешел ко второму шезлонгу, который материализовался по его желанию.

— Ты хочешь это услышать или нет?

— Конечно хочу.

— Тогда присядь, — он указал на стул, который внезапно появился рядом с ней, и как только она села, он начал свой рассказ.

— Много… много… много тысячелетий назад была одна раса… раса, у которой не было имени, потому что оно им не было нужно. Но пока мы были одной расой, это не означало, что мы всегда договаривались о том, как все должно быть. Многие гибли в мелких ссорах и ненужных сражениях, включая моего манно, — блеск его глаз потускнел на мгновение, когда он вспомнил. — Поэтому моей первостепенной целью стало объединить мой народ и принести ему мир.

— И он это сделал, — сказала Богиня с гордостью в голосе.

— Не в одиночку. Но да, после многих лет борьбы и раздоров, Вселенные объединились, стали управляться одним Императором, и воцарился мир.

— Управляемые тобой, Райден Нейси Великий, Император всех известных Вселенных, несущий мир.

— Да, — признался Райден, слегка кивнув головой в ответ.

— Так что же потом произошло? — спросила Джен. — Что заставило все, что вы построили, рухнуть?

— Причиной всему стала я, — прошептала Богиня.

— Нет! — взревел Райден, оказавшись сразу рядом со своей парой, ласково обхватив ладонями ее лицо, и произнес нежным тоном, так отличающимся от того рева, который все еще эхом отражался в пространстве. — Это была не твоя вина! И если бы мне пришлось сделать это снова, я бы все равно выбрал тебя!