Сказания Заморавии

А Вайверн продолжал.

– Мы любили друг друга, но война с гномами, а потом и с вардоками, разлучила нас. Силвен умерла. А я сложил эту песнь о ней, соткав слова из печали и горести.

– Печально это слышать, – откликнулась Кэрин.

Дракон ничего не ответил. Казалось, он погрузился в свои раздумья. Но через некоторое время крылатый ящер произнес.

– Держитесь, друзья, мы почти на месте.

И действительно, они быстро пролетели лес у подножья гор, облетели с севера Танград, «зацепив» лишь крайний квартал, и уже поднимались вверх, к замку короля. До него оставалась еще сотня локтей, когда Вайверн начал снижаться.

Как и говорил Радагс, пещера спряталась под навесом скалы. Вайверн тихо опустился на голые камни. Уступ примыкал к замковой стене – в этом месте сложенной не из точенных камней, а из гранитных булыжников.

С края уступа открывался вид на небольшое ущелье, падать в которое было добрых две сотни локтей.

Охраны в этом месте не было, так как со стороны ущелья на замок Танграда никто не осмеливался когда-либо нападать – риск быть сброшенным вниз был крайне высок. Да и вряд ли сейчас остались в живых те, кто помнил о крохотном лазе, образовавшемся по воли случая: во времена первых королей в замке рядом с этим уступом располагалась кухня, снабженная хитрым воздухоотводом. Спустя годы кухню переместили ближе к тронному залу, а в том помещении соорудили погреб. Сырость и ветер сделали свое дело, и воздухоотвод превратился в узкий лаз.

Радагас обнаружил его, когда в очередной раз прятался от пьяного отца и его стражи.

С тех пор проход не стал больше – варвар понял это, когда они с Кэрин спустились по тросу под уступ и попробовали в подвешенном состоянии выломать несколько камней. Камни не поддавались. Тогда Радагас рубанул по ним своим мечом. Волшебная сталь, закаленная в кузницах Ада, легко рассекла горную породу – проход увеличился, и спутники легко вошли в него.

Вайверн остался на уступе. Перед спуском Радагас немного поговорил с ним. Дракон молча выслушал и только кивнул в ответ. Затем он лег у стены и стал сторожить.

Дракон чувствовал, что этот участок замка не охраняется. Об этом думал и варвар – обостренные чувства не улавливали признаков темных существ, а разум подсказывал, что у врага слишком мало слуг для патрулирования и замка, и города.