Дом англичанина. Сборник

Через десять минут звонит телефон, и рука Томлина сама тянется к аппарату. Снова голос старого друга:

— Алло, это Уилли? Слушаешь? Я тебе частника нашел, сейчас за тобой заскочит. Уж он не подведет. Гонит, как ас. Закутайся получше, старик. Я помню твой вечный насморк. И, слушай, как только увидишь этого Кэффи, назови меня, и он дунет от тебя, как наскипидаренный. Скажешь: «Я друг полковника Блю…»

— Полковника? — удивляется Томлин, но тут же пугается, что обидел Блю. — Да-да, значит, я еду.

Ему полегчало. На душе покой. Он чувствует себя как герой солдат, штурмующий высоту.

Но еще до прихода машины он снова прикидывает все трудности предприятия. Нет, пожалуй, это пострашней немецких пулеметов.

Глубоко вздохнув, он надевает самое теплое пальто. В конце концов, операция займет не больше часа, и зато он будет крепче спать, выполнив свой долг.

Пять минут спустя его уже везет на вокзал в допотопной колымаге какой-то бандит с прилипшей к губе сигаретой, дверца дребезжит, воняет бензином, гуляет сквозняк, и Томлину, действительно подверженному, правда, не насморкам, а приступам люмбаго, непонятно, откуда старинный друг откопал столь неудачное средство передвижения.

У вокзала бандит вылезает из машины и говорит:

— Вы за мисс Блю?

— Я? Ах, да-да. А вы ее знаете?

— С детства. И папашу. Возил его. На дерби с ним пять лет ездил — любителем: на скачках чтоб выиграть крупно, иной раз надо быстро слинять. Слишком даже. У меня лично аж нутро не выдерживает. Закурить найдется?

Томлин подносит ему сигарету, тот задумчиво закуривает, сутулится и говорит:

— Рисковый мужик, это точно.

За те пять минут, что они ждут поезда, который опаздывает, он лишь однажды прерывает молчание громким своеобразным смехом, похожим одинаково и на всхрап, и на карканье, и стреляет сигаретным бычком через платформу на рельсы.

Томлин предлагает ему еще сигарету; легонько взмахнув указательным пальцем, вроде приветствия, тот сует всю пачку в карман.

Поезд подходит. Бандит загораживает выход. Томлин скромно витает вдали в безумной надежде — он сам сознает ее несбыточность — затеряться в толпе и бежать в родной пригород подземкой. Но никакой толпы нет. Из длинного состава выходит всего человек тридцать — сорок, и Томлин видит, как бандит догоняет спешащую по платформе парочку.

Девушка виснет на руке у мужчины; он тащит коричневый чемоданище. Она здоровенная, нос картошкой, красные щеки, маленькие зеленые глазки. На вид ей лет тридцать. Он — явный уголовник, багровая рожа, черные усы.

Не видя иной возможности, Томлин устремляется к девушке и говорит учтиво:

— Простите, пожалуйста, мисс Блю, не так ли? Мне звонил ваш отец.

За нее отвечает спутник:

— Откуда ты такой взялся?

— Полковник Блю звонил мне и просил встретить его дочь.