Революция 1917 года глазами современников. Том 2 (Июнь-сентябрь) [FineReader 14]

Революция 1917 года выросла из голодных хвостов, свергла всякую власть и всякий авторитет, не имела решительно никаких идейных вопросов, кроме грубо материальных требований, и ей, разумеется, не было никакого дела до церкви и до справедливого устроения ее, которое могло бы привести к возрождению церковной православной жизни. И самые деятели «революционной демократии» были в громадном большинстве своем, по самому своему национальному происхождению, совершенно чужды православию и церкви. В таких условиях церковный собор явился каким-то пасынком революции, едва терпимым и, во всяком случае, подозрительным по своей благонадежности.

Если бы церковный Собор проявил бессилие в устроении церковной жизни, если бы он обнаружил немощность русской церкви, то и это было бы вовсе не печально для той группы, которая стала во главе русской политической жизни. Итак, Собор был разрешен, и 15 августа собрался.

Той опасностью, которой наша безыдейная, грубо хищная смута угрожала церкви, определился состав мирян, избранных епархиальными съездами для участия в Соборе. Около церкви в это смутное время остались те, кому она была дорога по религиозным или национальным основаниям, люди наиболее стойкие, крепкие и непоколебимые в своих убеждениях. Таких людей в России, к счастью, оказалось не особенно мало, и состав мирян, избранных на Собор, вышел довольно разнообразным. Здесь были и судебные деятели, и преподаватели различных учебных заведений, высших, средних и низших, и купцы, и служащие разных ведомств, и офицеры.

На епархиальных избирательных съездах, разумеется, преобладали крестьяне, так как деревенские приходы посылали именно их. От каждой епархии должно было явиться на церковный Собор по три мирянина, и следует отдать должное политическому разуму крестьянства, что оно в громадном большинстве отдало свои голоса интеллигенции, видя в ее представителях тех «лучших людей», которые наилучшим образом смогут защитить интересы церкви. Ведь поставленная нашим временем культурно-историческая проблема заключает в себе и глубочайший религиозный смысл: социализм, прикрываясь христианскими лозунгами свободы, равенства и братства, но вкладывая в них совершенно не христианское содержание и исходя не из христианской любви, но из чувств ненависти и зависти, является ярко антихристианским учением. Недаром и примыкают к нему в таком огромном числе элементы, враждебные христианству.

Говоря упрощенно, но вкладывая в эти слова более глубокий смысл, мы имеем здесь борьбу Христа с Антихристом, Христа с дьяволом. Все разрушено: в высшей школе посеяна вражда между студентами и профессорами, в деревне захваты чужой земли, в городах разложение промышленности и торговли. Начала любви и согласия вытеснены всходами «дьявольских» посевов лжи, лукавства и ненависти.