Филипп Красивый

Как и любой уважающий себя поклонник демонов, Бонифаций, очевидно, был содомитом. Ногаре 12 марта лишь весьма туманно намекнул на "огромные явные преступления". Плезиан расставил все точки над i, он обвинил Папу в "содомитском преступлении и содержании наложниц". Однако он не стал настаивать на этом новом обвинении, для которого у него по-прежнему не было достаточных доказательств. Именно во время судебного процесса 1306 года были представлены "свидетельства", в которых говорилось, что Папа сказал, что грех плоти "не более грешен, чем потирание рук", и что Дева Мария не была лишена его: она "не более девственница, чем моя мать, у которой было много детей".

Это противоречило ортодоксальным установкам и подводило к обвинению в ереси ― Папа не верит в реальное главенство Христа. Доказательством, говорит Плезиан, является то, что "он больше украшает место, где он сидит и почитается, чем алтарь, где освящается воинство христово", а когда священник переходил к восхвалению Христа, "он не поднимался с места и даже поворачивался к нему спиной". Откуда это Плезиан взял? Возможно, что когда-то Бонифаций вел себя с излишней отстраненностью во время церковной службы.

Более серьезным являлось обвинение в отрицании бессмертия души, которое семь раз упоминалось в разговорах с Папой, как до, так и после его избрания. Плезиан справедливо делает это ключевым моментом: если Папа не верит в бессмертие души, то он еретик и злоумышленник, и одного этого достаточно для его низложения. Фактически, Плезиан использова неосторожность в словах и дерзость Бонифация, который являлся хорошим диалектиком и любил играть с аргументами за и против, обращаться с парадоксам и провокациям. Вопрос о бессмертии души, который, очевидно, являлся основополагающим для христианина, только что был заново открыт Аристотелем через его интерпретацию Аверроэсом. По Аристотелю, душа смертна, и многие схоластические богословы, во главе с Фомой Аквинским, следовали за Аристотелем. Это было проблемой, потому что не могло быть и речи об отказе от бессмертия души. Проблема вызывала ажиотаж, и в университетах проходили дебаты, особенно в контексте формальной аргументации и риторических упражнений, disputatio. Прежде чем принять решение по этому вопросу обсуждались все плюсы и минусы. Некоторые профессора демонстрировали головокружительную виртуозность в этих философских упражнениях, в которых господствовала диалектика. Конечно, официальная ортодоксальная истина в конечном итоге всегда должна была победить, но поиск противоположных аргументов и их публичное высказывание могло привести к двусмысленностям и сомнениям, потому что они не стеснялись предлагать в качестве предметов для обсуждения самые острые вопросы, такие как "мир вечен", "душа смертна" или даже "Бога не существует". И некоторые профессора воспользовались этим, чтобы занять двусмысленную позицию, что привело в XIII веке к тому, что было названо "двойной истиной", которая, в свою очередь, привела к номинализму, разделению разума и веры. Блестящий юрист и диалектик, Бенедетто Каэтани любил демонстрировать свое мастерство в этих областях. Но не было ничего проще, чем вырвать некоторые из его высказываний из контекста и приписать ему еретические высказывания. Примеры были приведены в ходе посмертного судебного процесса над ним, возбужденного в 1306 году. В любом случае маловероятно, что Каэтани не верил в бессмертие души. Но, возможно, он был сторонником "двойной истины", несмотря на то, что она была осуждена епископом Парижа в 1277 году.