«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

В свою очередь внимание императора Мануила I к Западу стало также ослабевать. Причин было несколько. Вопервых, разлад между византийцами и венецианцами, вследствие которого Республика заключила в 1175 г. союзный договор с сицилийцами, глубоко внутри остававшимися все так же враждебными Константинополю. Вовторых, император был вынужден отвлечься на Восток, где – и об этом речь пойдет ниже – потерпел тяжелейшее поражение от турок в 1175 г. при Мириокефалоне. Отсутствие какойлибо поддержки от собственного епископата, интриги и тщеславие папы, военные неудачи и возраст – все это вместе взятое привело к тому, что под конец жизни Комнин оставил прежние мечты.

Удивительно, но в этой многовековой войне, где было столько могущественных кандидатов на первенство, победил тот, кто поочередно прибегал к помощи каждого из государей и с завидной регулярностью обманывал всех – Римский епископ. Когда рассыпались политические и военные союзы, он оказался единственным, кто получил реальные шансы на победу.

Как следствие, 1 августа 1177 г. было заключено историческое соглашение между Римским епископом Александром III, Фридрихом I Барбароссой, Мануилом I Комнином, Вильгельмом II Сицилийским и итальянскими городами. Согласно этому документу, папа был признан правителем Папской области и государем Рима. Ломбардия утвердила свою независимость, а греческие города в Апулии отошли к Германской империи[684].

Надо сказать, на финише этой кровавой гонки папа проявил редкое для того времени великодушие по отношению к своему духовному оппоненту. Антипапа Каликст III получил аббатство, а его кардиналы сохранили тот сан, который имели до схизмы[685].

Из числа других недоброжелателей Константинополя, в течение многих лет систематически сводивших на нет все усилия Византийского царя, следует выделить венецианцев. Именно они много сделали для того, чтобы деятельность Мануила I Комнина на Западе не увенчалась блестящим и заслуженным успехом. Конечно, император не забыл оскорбления, нанесенного ему венецианцами при осаде Корфу. К тому же, как и отец, он остро понимал всю пагубность политики предоставления торговых льгот не византийским купцам, а венецианцам. Но от их услуг нельзя было отказаться в одночасье – венецианцы имели сильный флот и неисчерпаемые финансовые средства. А поэтому царь до времени терпел, попутно втайне подготавливая соглашения с генуэзцами.

Еще в 1155 г. Мануил I Комнин заключил с ними договор, в соответствии с которым выплачивал им денежные субсидии, обеспечивал торговые привилегии и выделял квартал Галата для организации их колонии на землях напротив Константинополя, в бухте Золотой Рог. В ответ генуэзцы обещали не вступать в союзы, которые могут причинить вред Византии. Тем не менее в 1162 г. они заключили договор с Фридрихом Барбароссой, за что тут же лишились всех торговых привилегий в Византийской империи. И хотя в 1164 г. генуэзцы подтвердили свои обязательства, но, откровенно говоря, это был очень шаткий союз[686].