Электронная книга - «Любимый зануда (СИ)». Краткое содержание книги:
— Альфред, не мучай меня.
— Какой ты скучный, — выдал Америка, с восхищённым ожиданием наблюдая за Мэттью. Похоже он и правда сильно изголодался по его ласке. — Это тебе наказание за то, что развлекаешься без меня, — отозвался Альфред, вынул пальцы и, приставив к разработанному отверстию Мэттью головку члена, начинал медленно входить. Войдя полностью, он стал плавно двигаться, поддерживая Канаду за бёдра, иногда отвешивая несильные шлепки, получая просто тонну удовольствия от процесса.
Стон Мэттью смешивался с тихим хныканьем, он пытался подаваться назад, каждый раз рефлекторно сжимаясь от шлепков брата.
— Б-быстрее… прошу, — с трудом выговорил Мэттью, от такого медленного движения голова шла кругом, а тело просило большего. Как ещё только у Альфреда хватало выдержки, было непонятно.
Альфред засунул два пальца в болтливый ротик брата, заставляя того уже наконец заткнуться. Но желание нетерпеливого канадца Альфред всё же исполнил и ускорился, став более грубо вдалбливаться в его хрупкое тельце, всякий раз задевая простату и заставляя его вскрикивать от удовольствия. Облизывая и посасывая пальцы брата, Канада мысленно благодарил его за то, что прекратил эту, пусть и сладкую, но всё же пытку. Резкие движения Америки принуждали его стонать в голос, иногда срываясь на крик.
Наклонившись, Америка прикусил нежную кожу на шее Мэттью, не прекращая двигаться. Взяв член братишки в свою ладонь, Джонс сжал его, не позволяя кончить раньше него, как и прикасаться к нему. Чувствуя приближающуюся разрядку, Альфред вошёл на всю длину, вновь закусив бледную кожу на шее брата. Резко распахнул глаза от лёгкой боли, Канада, почувствовав руку Альфреда, прогнулся в спине, подаваясь навстречу, тихо шепча его имя точно проклятие. Почувствовав очередной укус на шее, Мэттью излился в его руку, выкрикивая имя такого родного и любимого братика, опять же сильно сжимаясь и чувствуя, как внутри разливается тепло.
Упав на кровать рядом с Мэттью не в силах вытащить из него член, Америка зевнул. Усталость всегда даёт о себе знать в самый неподходящий для этого момент.
— М-м-м, братишка, ты такой сладкий, — прошептал он на ухо Мэттью, игриво прикусив мочку уха. — С тебя стейк, шоколадный чизкейк с мороженым и блинчики.
— Н-не трогай уши, пожалуйста, — Канада попытался скрыть пылающие румянцем щёки, зарывшись лицом в подушку и тихонько усмехнувшись.
— А знаешь, я готов постоянно играть с собой, если потом ты будешь так «наказывать» меня. Это того стоило, — повернувшись к Альфреду, Мэттью робко и неуверенно поцеловал его в уголок губ. — Для тебя я всё, что хочешь, приготовлю.
После этих слов Альфред почувствовал, как к обмякшему органу вновь приливает кровь, выводя его из спящего режима.
— Герой накажет всех Злодеев и шлюх! — заявил Америка, после чего громко рассмеялся. — Я не уверен до конца, кто ты из этих двух зол, но явно не первый. Поэтому тебя следует наказать!
— Н-ну, вообще-то это определение не корректно. Но я не против быть наказанным.
Видя, что Америка снова готов идти на подвиги, Мэттью растерянно закусил нижнюю губу и закрыл глаза в предвкушении второго раунда.
— Прости, совсем забыл про толерантность, — ехидно пропел Америка. Резко поднявшись и разместив канадца раком, он начал так же резко двигаться в нём, стараясь задеть простату. — Кто лучший в мире Герой?! — шлёпнув братика по жопке, неожиданно спросил Альфред.
Канада опёрся одной рукой на подушку, второй сжал спинку кровати.
— Б-братик! — не думая ответил он на вопрос, прогибаясь в спине. От каждого резкого движения по телу проходила дрожь, а от шлепков, ставших такими привычными, Канада стал получать некое мазохистское наслаждение. — Е-ещё… глубже… — подаваясь навстречу и желая большего, Мэттью тяжело дышал, тихо постанывая.
До самого полудня наш Герой совершал подвиги верхом на Канаде. Его силы иссякли только к двенадцати часам утра. Тогда Америка обессилено упал на кровать, продолжая обнимать братика.
========== 10. ==========
— Альфред, а ты меня любишь? — сквозь дремоту пролепетал Мэттью, стараясь не смотреть на нашего самоназванного Героя.
Мозг Альфреда почти отключился, переходя в спящий режим, но услышав вопрос возлюбленного, он поспешил ответить на него, ведь Мэттью был его, пожалуй, первой и, возможно, последней любовью:
— Люблю, — с нескрываемым весельем проговорил Америка. — Ты мой любимый зануда.
— Не зануда я, — пробурчал Канада, зевая и прижимаясь как можно ближе к горячему и влажному от пота телу брата. После чего Мэттью молча поцеловал Героя в щёку и с чистой совестью отошёл в мир Морфея.
— Зануда, — прошептал Америка сквозь сон.
Проснувшись раньше брата, Америка решил сделать своему драгоценному братишке приятное. Осторожно соскользнув с кровати и не забыв одеться, Альфред отправился на кухню с мыслью заварить любимый чёрный чай Мэттью с молоком и сахаром.
Сделав брату чай и поставив его на поднос вместе с печеньками, Америка призадумался, гадая, чем бы ещё можно было украсить сей шедевр. Но так ничего не придумав, он взял поднос и отправился с ним в комнату.
Канада ещё не успел проснуться. Потеряв источник тепла, коим являлся для него Америка, Мэттью сильнее укутался в одеяло, которое продолжало хранить в себе тепло брата.
Поставив поднос на кровать, Альфред наклонился и поцеловал соню в щёку. Мэттью зашевелился, почувствовав на своём лице поцелуй брата, и еле заметно улыбнулся, притворяясь спящим. Ему было интересно узнать, что же Америка предпримет дальше, поэтому, когда его рука оказалась под пижамой, Канада лишь вздрогнул от холода.
Осознав, что Канада сам не проснётся и придётся его разбудить, иначе чай остынет, Америка скользнул рукой под одеяло и забрался под пижаму, нащупав пальцами нечто нежное и мягкое, похожее на сосок. У Альфреда был некий фетиш на мужчин, которых природа по ошибке наградила более женственным телом, к слову, Канада как раз был счастливым обладателем этого самого тела.
— Розовенький, нежный… Как у девочки, — шептал Альфред, продолжая тискать Мэттью, оттягивая его сосок. — А с виду такой зануда.
Губы всё сильнее растягивались в улыбке, поддаваясь ласкам, Канада уже и вовсе забыл о своём хитром плане, продолжая играть главную роль спящей красавицы, но сравнение с девочкой и это дрянное слово «зануда» даже такой идеал спокойствия как Мэттью не оставили равнодушным.
— Не зануда я, сколько можно говорить? — не выдержав, пробурчал Канада, не разлепляя сомкнутых век.
— О, ты проснулся? — удивлённо подытожил Америка, ставя поднос на ножки и подстраивая его под брата. — Я приготовил завтрак. Я Герой! — встав в позу героя и случайно бросив взгляд в окно, Альфред заметил на нём скопление голубей. — Эй! А ну пошли прочь! Снова после вас подоконник мыть придётся! — Америка подошёл к окну, прогоняя с него обнаглевших птиц.
Взглянув на содержимое подноса, Канада мягко говоря удивился, что такой человек как Америка вообще способен помнить о чьих-либо вкусах и предпочтениях, а если учесть и тот факт, что Альфред сам сделал для него пусть и простой, но всё-таки завтрак, так вообще такие рекорды нужно записывать в книгу Гиннеса.
Если только это не сон. А если сон, то слишком хороший.
Не снимая с лица довольной улыбки, Канада взял с подноса кружку и сделал глоток немного остывшего чая.
— Странный вкус, — прошептал Мэттью, бросив взгляд на брата, ожидая, когда тот перестанет воевать с голубями и вернётся обратно к нему.
Закончив гонять вредоносных птиц, Америка присел на край кровати с как всегда довольной улыбкой. А доволен он был тем, что с каждым новым днём его День Рождения становился всё ближе и ближе.
— Ты приготовил мне подарок? — нагло поинтересовался Альфред, с нетерпением ожидая того судьбоносного дня. — Кстати, я добавил сахара и кленового сиропа в чай, — закинув ногу на ногу, опираясь руками на простынь, Америка устремил взгляд куда-то в потолок.