Электронная книга - «Секреты драконьей крови (СИ)». Краткое содержание книги:
— Что это было? — растерянно уточнил Август, который сказанного братом действительно не понял. О приказе он знал — глава имел право приказывать любому из семьи, и противиться такому приказу очень сложно. А вот о ломке, которую может устроить глава семьи, не имел представления. То есть, он читал об этом, но наивно посчитал чем-то вроде страшной сказки. Как запечатление, ага. — Отец, — медленно начал Август, — тебя…
— Учил, как стать хорошим дипломатом, — пробормотал Марк, который до сих пор не мог поверить, что мать, зная, что он будет чувствовать, так легко согласилась с методом обучения. Отец на нее так воздействовать не мог — он не кровный родич и не запечатленный, только дед, с которым мать после замужества не общалась, вообще ни с кем из семьи. К себе она такого отношения не простила, но при этом без раздумий отдала своего ребенка мужу, стоило ему только заикнуться об этом…
— Марк, — Август подошел ближе, повернул его голову к себе, чтобы увидеть глаза. — Ты никогда не говорил…
— Неважно, — Марк тряхнул головой, чтобы он его отпустил, указал в сторону выхода из кухни. — Найди ее и успокой.
— Нет уж! Он правда так тебя воспитывал с пяти лет? А я еще удивлялся, почему ты дипломатию на дух не переносишь… И она все знала… — наконец, вся ситуация стала Августу понятна — сама мать все же не хотела ломать своих детей под собственные желания, поэтому и отказалась от места главы семьи, отдав его старшему сыну, которого хотела заставить сделать то, что не хотела делать сама, ведь с мужем он был столь послушен…
— Это было давно, — качнул головой Марк, все так же не глядя на брата.
— Как ты вообще после такого мог с ней общаться?
— Она наша мать, Август.
— И что? Ее это не очень остановило!..
— Она твоя мать, Август! — Марк все же взглянул на брата, болезненно поморщился. — Как бы я мог не общаться и оставить тебя с ней? — об этом Август не думал — чтобы не общаться Марку пришлось бы уйти из семьи, и тогда место главы уж точно заняла бы мамуля, и Августа ему бы никто не отдал. Ни Августа, ни Еву, которую тут же вернули бы домой… — Тебя и Еву, — подтвердил мысли младшего брата старший. — Ее лекции и истерики малая плата за то, чтобы ты этого никогда не почувствовал. — Марк замолчал, вновь отвел взгляд и тихо сказал: — Не стоило это говорить при тебе, прости…
— Ты должен был сказать об этом раньше, — сухо заметил Август, и когда брат поднял на него взгляд, мягко продолжил, протянув руку: — Пойдем, братец, тебе еще рано устраивать такие эмоциональные всплески.
Из спальни Август вышел, когда убедился, что брат точно спит. Такие эмоциональные всплески ему и впрямь рановато испытывать, так что пришлось Августу пойти на хитрость — таблетка снотворного вместе с обезболивающим. Сам Марк не согласился бы, но ему нужно выспаться. Больше вопросов Август не задавал и, пока брат не уснул, лежал, вспоминая все, что читал о ломке, и ему это очень не нравилось.
Как понял Август, это что-то вроде ментальной удавки — когда поступаешь не так, как хочет старший родич, за это следует наказание. И как написано в книгах, описать это наказание не возможно, не испытав его. В семьях драконов это было запрещено для детей и даже молодежи, да и вообще применялось только к серьезным преступникам.
Наверное, отсюда и отношение Марка к брату — вначале забота о нем позволяла ему избавиться от неприятных обязанностей, а потом, с получением невозможной ответственности, у него появилась цель сделать так, чтобы брат такого никогда не испытал, чтобы рос свободным, счастливым, любимым. Марк не был привязан к родителям, зато все, что у него было, он отдал брату, ставшему целым миром, позволявшему отвлечься от боли, контроля, критики… да вообще всего негативного в жизни. Возникновение запечатления в этом случае совершенно логично.
Что мать не спит, Август прекрасно знал, поэтому даже не постучался, распахивая дверь. Женщина подняла на него заплаканные глаза, но ее слезы, которые Август видел только на похоронах отца, его не тронули.
— То, что Марк говорил, правда? — сухо спросил Август, закрывая за собой дверь и опираясь на нее спиной.
— Все не так, Август!
— А как?
— Мы с отцом желали ему добра! Чтобы он добился успеха, он должен был стать более ответственным, серьезным, должен был себя контролировать, но тогда он был таким непоседливым… — она всхлипнула, вновь поднося платок к заплаканным глазам, и Август с отвращением поморщился:
— Ему было пять. Конечно он был непоседливым, и несерьезным, и безответственным. Он был ребенком.
— Зато посмотри, чего он добился! Через несколько лет он сможет войти в Совет! Будет самым молодым советником в истории страны!
— И ты действительно считаешь, что превращение своего ребенка в безэмоционального гиперответственного всеконтролирующего дракона посредством ментальных пыток, того стоит?
— Ты тоже ничего не понимаешь… — покачала головой мамуля.
— Да где мне такое понять, — усмехнулся Август. — С тобой это то же делали, как же ты могла согласиться?
— Я стала лучше с помощью этого!
— Поэтому и не общаешься с семьей? Ты ведь для этого и родила ребенка как можно скорее, чтобы можно было спокойно игнорировать семью, но при этом иметь кого-то с родным зовом крови. Но это оказалось слишком проблемно, да?
— Тебе меня не понять, у тебя нет детей, — хмуро посмотрела на него мать. — Будешь меня критиковать, когда свои появятся!
— Не появятся, — покачал головой Август, невесело улыбнувшись. — Ты была настолько потрясающей матерью, что Марк на меня запечатлелся. — Услышав его слова, она замерла, неверяще распахнув глаза.
— Август, — медленно начала она, с неверящей улыбкой глядя на младшего сына. — Ты хоть представляешь, что означает запечатление?
— Что я могу потребовать у него что угодно, и он не сможет мне отказать? — криво улыбнулся Август. — Конечно, знаю. И ты всерьез думаешь, что я буду помогать тебе влиять на него?
— Конечно, — она уверенно спокойно улыбнулась. — Ты же знаешь, что он хочет от тебя, и я знаю, как ты к этому относишься, я слышала ваш разговор. К тому же, ты представляешь, какой скандал будет, если это кто-то узнает? Он занимает слишком серьезную должность и сможет занять еще выше, ему необходимо устроить свою жизнь, и тебе тоже, Август. Я слишком многое сделала для этого…
— Да, сделала ты и впрямь немало, — с усмешкой согласился Август. — Я бы даже сказал, слишком много. Я сам разберусь, как мне к нему относиться. Даже если у меня не сформируется к нему привязки, я не смогу его оставить. Потому что ближе него у меня никогда никого не будет. Потому что я не такой, как ты.
— Август…
— Будет лучше, если ты будешь… подальше от нас. Без семьи тебя никто не оставит, так что, — он презрительно скривил губы, — придумывать историю по этому поводу для окружающих тебе не нужно, а без зова крови ты и так прекрасно живешь.
— Как ты можешь, Август! — она встала с кровати, где все это время сидела, сделал шаг к сыну, гневно глядя ему в глаза. — Он твой брат! Это… мерзко!
— Мерзко пытать своего пятилетнего сына, — холодно ответил ей сын, так что она невольно сделала шаг назад. — Мерзко отдавать одного своего ребенка на воспитание другому, потому что тебе не хочется нести ответственность за них обоих. Мерзко пытаться взвалить неприятные обязанности на двенадцатилетнего ребенка, заставляя его шантажом и страхом. Просто оставь нас в покое, — Август повернулся, открывая дверь.
— Марк на это не согласится!
— Ну он же не может мне отказать, не так ли? — через плечо бросил на нее взгляд сын и ушел, закрыв за собой дверь. Его ждал брат.