Электронная книга - «Секреты драконьей крови (СИ)». Краткое содержание книги:
— О, так вы все-таки помирились, — мамуля бросила недобрый взгляд на старшего сына, на который он отреагировал привычно-невозмутимо. Он понимал ее недовольство, правда, и даже был согласен с ним. Но пока Август рядом, он вполне мог не обращать на ее недовольство внимания. — Вы у меня такие разные мальчики…
— Мы братья, — пожал плечами Марк. — Нам не нужно быть одинаковыми, чтобы общаться.
— И потом, когда-то я должен был повзрослеть, — закатил глаза Август. — Да и общего у нас достаточно… Спасибо за ужин, Марк, — мягко сказал Август, заметив, что, судя по блюдам, ужин старший заказывал именно для брата. Такой тон у него появлялся редко, только при желании чего-то добиться. Ну, или когда ему было хорошо… Марк поймал его выжидательный взгляд и ответил то, что он хотел услышать:
— Не за что, мой хороший, — и заметил удовлетворенную усмешку брата. И кажется, понял, чего хочет добиться Август — признания мамули, что она знает, что именно связывает сыновей.
С одной стороны, это даже облегчит жизнь, когда она выскажет, что думает по этому поводу, и Марк с ней сможет общаться только по делу, не выслушивая бесконечных истерик и нотаций, насколько он плох как глава семьи, как сын, как брат, и как недостаточно он заботится о младших. С другой — какими мыслями может руководствоваться Август, совершенно не известно, например, если мамуля с Марком окончательно разругаются и перестанут общаться, Марк не сможет контролировать их общение…
— Милый, тебе не кажется, что это неприемлемое отношение к брату? — натянуто улыбнулась мамуля. — И Августу никогда не нравилось, когда ты его так называешь.
— Нормальное обращение, — пожал плечами Марк, зная, насколько мамулю такое обращение к младшему сыну от старшего раздражает. Как самого Августа когда-то.
— Да пусть называет, как хочет, — почти одновременно с ним высказался Август.
— О, вы и впрямь помирились, такое единодушие я помню только в детстве, когда Август еще не спорил с Марком…
— Не вижу причин, зачем сейчас мне спорить со старшим братом? — насмешливо улыбнулся Август. — Он всегда желал мне добра.
— Странно, что совсем недавно ты так не считал, — напомнила мамуля.
— Подростковый максимализм, — негромко сказал Марк. — Как хорошо, что этот возраст прошел. И гораздо проще, чем я думал, — задумчиво добавил старший брат. Когда они ругались три года назад, Август как раз стал увлекаться запрещенными препаратами, для драконов. И Марк действительно боялся, что оставшись без контроля, брат пустится во все тяжкие, но после того вечера от этих препаратов он держался подальше. К облегчению старшего брата.
Август в ответ только нос сморщил:
— Ты всегда умел меня отчитывать…
— Процесс воспитания это предполагает, Август, иначе ты бы давно себя угробил со своими экспериментами.
— А похвалить меня ты не хочешь? — Август даже вперед подался. Несмотря на особое отношение к брату, хвалил его Марк всегда только по делу и добиться этого ему было не так уж просто.
— Ты молодец, братец, — скопировал насмешливую улыбку младшего брата старший. — Вел себя сегодня просто прекрасно. Не думал, что для тебя это настолько сложно, что следует за это хвалить.
— Да ну тебя, — независимо фыркнул Август, и Марк открыто улыбнулся ему, совсем не так, как обычно, ничего не скрывая за вежливостью, и младший брат с веселой заинтересованностью заметил: — С детства не мог понять, как ты понимал, когда что-то не так, с первого взгляда, всегда.
— Ты мой брат, Август, — неожиданно серьезно ответил Марк. — Я тебя люблю. Я всегда знаю, когда с тобой что-то не так и тебе не обязательно об этом говорить.
— В следующий раз я постараюсь это учитывать, — насмешливо пообещал Август, и несмотря на тон, улыбка получилась слишком теплой.
— Непривычно, что вы так хорошо общаетесь, — не смогла удержаться от комментария мамуля. — Август, как твои дела? Ты так ничего мне и не сказал. Надеюсь, ты отказался от этих ужасных расследований и вернулся в лабораторию.
— Занимаюсь всем понемногу, — со скукой ответил Август. — Иногда расследования, иногда опыты…
— Август, — неодобрительно покачала головой мать. — Ты же такой талантливый! Зачем ты тратишь время на всякую ерунду? Еще и опасную… Марк! — мамуля требовательно посмотрела на старшего сына. — Хоть ты ему скажи, раз уж меня он не слушает!
Август на старшего тоже посмотрел с любопытством, но Марк только пожал плечами:
— Пусть делает, что ему нравится, в пределах разумного, конечно. Расследования еще не самое худшее, что может его заинтересовать, хотя я бы тоже предпочел более безопасную деятельность.
— Если я потребую того же, уйдешь к дипломатам? — вежливо уточнил Август, недобро прищурившись.
— Мне и в разведке неплохо, — хмыкнул Марк. — Расслабься, братец, я же сказал, занимайся своими расследованиями — постоять за себя ты можешь, в крайнем случае, я присмотрю. И потом, ты иногда можешь быть полезен.
— Так и знал, что своего ты не упустишь, братец! — фыркнул Август.
— Марк! Как ты можешь так говорить! О какой пользе может идти речь, если это может опасно для его жизни!
— Как ты и сказала, он совершеннолетний, — спокойно отнесся к ее возмущению Марк. — Взрослый уже мальчик, сам может решать.
— Тебе не надоело настраивать нас друг против друга? — прямо спросил у матери Август.
— Я не пытаюсь вас настроить друг против друга, Август! — с праведным гневом взглянула на него мамуля. — Я всего лишь хочу, чтобы вы жили правильно! Ты же талантливый химик и вместо науки бегаешь по подворотням! А Марк! — мамуля нервно указала на старшего сына. — Он должен был пойти по стопам отца и стать дипломатом! Должен был присматривать за тобой и Евой, заботиться, а вместо этого… — она запнулась и замолчала.
— Договаривай, — предложил Марк, улыбнувшись так, что Август понял — мамуля сегодня его достала. — Я должен был стать дипломатом, чтобы ты могла говорить окружающим людям, как я любил отца, что до сих пор посвящаю себя его любимой работе, и плевать как я к этому отношусь? Слушать тебя в управлении семьи, при этом неся всю ответственность за решения, которые ты принимаешь, но сама эту ответственность нести не хочешь? Заставить Августа делать то, что хочешь ты, а не он, наплевав на его чувства и желания? Отпустить Еву, несмотря на угрозу, которую она представляет?
— Да, Марк! Я лучше знаю, что для вас лучше! — мамуля даже вскочила с места, хлопнула ладонью по столу.
— Что же ты отказалась от главенства семьи, отдав его мне, даже не подумав, как ребенок будет с этим справляться? — откинулся на спинку стула старший сын, холодно глядя на нее.
— Ты был взрослым!
— Да, двенадцать лет — это осознанный возраст, но недостаточный для принятия серьезных решений. Было так приятно думать, что я буду тебя слушаться, ведь отца я слушался. Вот только ты совсем не подумала, что не сможешь заставить меня с помощью зова крови, как делал он. И я не настолько впечатлительный, чтобы испугаться одной угрозы этого, потому что, ты права, уже был взрослым, — Марк поймал взгляд матери и презрительно усмехнулся, хотя обычно не позволял себе так с ней разговаривать. Наверное, последней каплей стало осознание, что она без колебаний подвергнет жизнь Августа опасности ради призрачного желания хоть как-то привлечь внимание дочери. Она даже сюда приехала, хотя при этом прекрасно осознавала, чем для Августа все это может закончиться. — Я бы никогда не согласился, — понизив голос сказал он, прямо глядя матери в глаза, — потому что ты требовала того, чтобы я делал с ним то же, что вы делали со мной.
— Уж лучше бы ты делал это, чем то, что хочешь с ним сделать ты! — уже с настоящей ненавистью выдохнула мать.
— Я хочу любить, а ты, женщина, что дала ему жизнь, предлагаешь мне пытать его. Не хочешь испробовать это на себе? — он резко подался вперед, и мать отшатнулась, резко развернулась и выбежала из комнаты, заставив старшего сына изумленно выдохнуть — угрожал он не всерьез, просто дал выход гневу, никогда не став бы таким заниматься, потому что слишком хорошо знал, как это, не просто приказ, а именно ломка. Но мать и так это знала.