Терроризм смертников. Проблемы научно-философского осмысления (на материале радикального ислама)

Хезболла была создана в июне 1982 года вследствие раскола политической организации Амаль, претендующей на выражение интересов шиитской общины Ливана. В отличие от более светской Амаль, Хезболла провозгласила своей целью создание исламской республики по образцу иранской. Другой задачей стала национально-освободительная борьба с оккупантами, первейшей целью среди которых были израильские военные силы, обосновавшиеся на юге Ливана. Хезболла возникла вскоре после вторжения израильской армии в Ливан и с самого начала своего создания позиционировала себя как национально-освободительное движение.

Операция 1983 года стала самой известной среди ранних атак смертников, но в действительности не была первой среди организованных Хезболлой. К самой ранней из них относят также весьма смертоносную по своим последствиям атаку 11 ноября 1982 года в Тире — тогда было разрушено восьмиэтажное здание, в котором располагался израильский военный штаб[60]. Потери военного контингента Израиля составили 47 убитых и 27 пропавших без вести. Исполнителем атаки был 15-летний Ахмад Кассир, родом из небольшого городка, расположенного в 10 милях от Тира. Несколько месяцев спустя, 18 апреля 1983 года, был взорван наполненный взрывчаткой автофургон у посольства США в Восточном Бейруте. Террористический акт унес жизни 63 человек, включая большую часть штата бейрутского ЦРУ.

Однако «стране вечных кедров» известен еще более ранний инцидент, в котором принял участие террорист-смертник. Пятнадцатого декабря 1981 года рядом с посольством Ирака в Бейруте был взорван автомобиль, в результате чего погиб 61 человек, включая самого посла. Им был Абдул Раззак Лафта. Организаторы террористического акта остались неизвестными. Ясно одно — нападение было осуществлено в интересах Ирана, воюющего в то время с Ираком. Существует предположение, что в этой акции была замешана шиитская группировка Амаль, впоследствии активно включившаяся в соперничество за умы и сердца ливанских шиитов с проиранской Хезболлой, в том числе в сфере ставших к тому времени популярными операций с участием смертников.

Ассаф Могадам вполне справедливо утверждает, что четыре вышеназванных нами инцидента разметили историческую границу, отмечающую начало современного феномена атак смертников, организованных негосударственными социальными структурами[61].

Что касается религиозной легитимации новой формы сопротивления, по некоторым источникам, разрешение на организацию первых атак террористов-смертников пришло непосредственно от имама Хомейни из Прана, в то время высшего духовного авторитета шиитов-имамитов[62]. Духовный наставник Хезболлы аятолла Мухаммад Хусейн Фадлалла отказывался дать одобрительное религиозное постановление в отношении атак смертников, но позже и местной духовной элите Ливана пришлось включиться в пропаганду терроризма смертников. Тот же Фадлалла, следуя идеям лидеров иранской революции, после успешности первых атак Хезболлы стал воодушевлять шиитское население на активное противодействие иностранным вооруженным силам. В своих речах он призывал обратиться от пассивного почитания мученической гибели Хусейна к активному приобщению к его опыту, а также отождествлял бомбиста-смертника с бойцом, который гибнет с винтовкой в руках на поле сражения[63].