Королевство душ [litres][Kingdom of Souls]

Моя мать говорит таким будничным тоном, что я начинаю нервничать. С тем же успехом она могла бы разговаривать с незнакомцем на улице. Ее слова жгут мне грудь и лишают дара речи.

Она проводит рукой по платью. Сверкающая жемчужина на ее кольце жрицы Ка мерцает в солнечном свете. Когда ее рука скользит по ткани, цвет жемчужины меняется с ониксового на сланцевый и голубой.

– Жалко, что ты происходишь из двух могущественных родов и совсем не владеешь магией. В моей семье она была абсолютно у всех. Но с этим ничего не поделаешь.

– Все еще есть шанс. – Мои слова звучат слабо и безнадежно.

– Почему ты так думаешь? – говорит Арти голосом, лишенным всяких эмоций. – В этом году вождь Аатири поставила тебя прямо на пути Хеки, и тот все равно не счел нужным дать тебе магию. Это был смелый и похвальный жест, но изменилось ли что-нибудь?

Тепло ползет вверх по моей шее от этих слов. Она очень хорошо знает ответ, но хочет, чтобы его произнесла я.

– У бабушки было видение, – говорю я, собираясь с духом. – Возможно, мою магию блокирует демон. Бабушка видела что-то. Пока что это самая правдоподобная причина, по которой моя магия не проявляется.

– Как бы я хотела, чтобы твоя бабушка перестала давать тебе ложные надежды, – говорит Арти после глубокого вздоха. – Демоны? – усмехается она. – Это все бабушкины сказки, Арра. Они исчезли пять тысяч лет назад, а если бы даже и вернулись – зачем им ты? Девочка без магии.

Ее слова – это хорошо рассчитанная пощечина. Еще одно напоминание о том, как сильно я ее разочаровала. Что я могу сказать? Как оправдать себя, когда у нее на все найдется ответ? Я верю бабушке, но спорить не стоит. В этом нет смысла – мама может поверить только в то, во что она хочет верить.

– Я знаю, что магия важна для тебя, дочь, – говорит Арти. Ее голос стал мягче. – Но не соверши какую-нибудь глупость только ради того, чтобы воспользоваться магией. Хотя бы и временно.

Я прикусываю язык, когда жар растекается по моему животу. Мама разглядывает костяной амулет на алтаре. Она что, думает, я настолько низко пала, что готова променять годы своей жизни на магию? Да, я хочу быть колдуньей, но я не идиотка. И не настолько отчаялась. Я вспоминаю ночь во время Имебье и женщину, корчащуюся на песке. Это был ее выбор. В нашей жизни есть разные моменты, которые оставляют после себя следы. Ее желтая кожа, гнилые зубы. То, как магия пришла к ней, то, как она разрушала ее, – каждая увиденная мною деталь отзывалась в моей памяти на протяжении многих лет.

В то время я не знала, что она сделала, но мой отец объяснил мне все, когда мы вернулись домой. Однажды в магазине я спросила его – похожи ли шарлатаны на рынке на женщину в пустыне? Особенно те, которые выглядели так, будто они уже одной ногой в могиле. Он сказал, что кому-то из племенных народов удалось научиться управлять магией, уменьшая на целые годы продолжительность своей жизни. Узнав об этом, я подпрыгнула от возбуждения, потому что это означало, что я тоже могу владеть магией. Оше сжал мои щеки своими большими руками.