Навечно разрушен [ЛП]

Мужчина колеблется от перемены в моем поведении, его бесстрастное лицо теперь показывает намеки на страх. Как опытный охотник, я кружу вокруг него, оценивая его старое иссохшее тело.

Волнение проходит через меня, когда я замечаю различный ассортимент инструментов на столе, они только и ждут, чтобы я их использовал. Я хватаю то, что нанесет наибольший урон.

Кувалда.

С элементом неожиданности я бью ей по челюсти, его кость ломается и свисает. Он кричит, еще больше подпитывая меня, чтобы продолжать.

— Ну что? — кричу я, грубо хватая его лицо голыми руками, наслаждаясь болью, которая видна на его ублюдском лице. — Тебе было наплевать на крики, когда ты насиловал мою мать, ты, figlio di puttana*! — я отпускаю его с силой, чуть не опрокидывая стул, на котором он сидит.

На этот раз удар я наношу молотком по руке, которая насиловала мою мать, наслаждаюсь тошнотворным хрустом кости. Затем я резко бью его грязный член, которым он ее трахал. Следующие шесть ударов — за отца, который лежал мертвым в своем кабинете, а следующие двенадцать — за сестру, единственной родственницу, которая у меня осталась, и которую я никогда не увижу из-за демонов, созданных им.

Человек держится за дорогую ему жизнь тонкой ниткой, еще один удар по голове — и для него игра окончена. Кровь сочится из каждой поры его тела, глаза распухли, а рот и челюсть полностью изуродованы.

Он неузнаваем, и все благодаря мне.

Я чувствую болезненное удовлетворение.

Снова слышу голос Винни:

— Прикончи его, Карсон. Закончи то, что он начал.

Еще несколько ударов, на этот раз кулаками, и с меня хватит. Пришло время отправить этого дьявола обратно в самые глубокие ямы ада — туда, где ему самое место.

Я вытаскиваю пистолет, целясь ему прямо в сердце, повторяя последние слова мамы, и заканчиваю работу, которую моя семья не смогла закончить в первый раз.

— Vaffengolo, ты предатель.

Я не просто прикончил его одним выстрелом, я стреляю в него до тех пор, пока весь магазин не опустеет. До тех пор, пока усталость не охватит мое тело, и я физически не смогу уничтожить его больше, чем уже сделал.

Я отбрасываю пистолет в сторону и падаю на колени. Я с ног до головы в крови этого человека. Покрыт, как боевой раскраской. Я громко рычу, не обращая внимания на других мужчин, наблюдающих за мной, выплескивая все, что я потерял, все, что я пережил, и все разочарования, которые меня мучают на регулярной основе.

С последним актом мести, оставшимся внутри меня, я поднимаю ведро с бензином со стола, выливая на его сильно избитое тело.

Передо мной мелькает смутное воспоминание.

Сожги это место. Сожги всё.

И это подпитывает мои действия, в мгновение ока пламя вспыхивает огромным огнем, заключая в себя всё, что осталось от человека.

Мои глаза не отрываются от этой сцены.

Знакомое прикосновение руки осторожно сжимает мои плечи, шепча слова, которые навсегда меняют мою жизнь.