Яков Тейтель. Заступник гонимых. Судебный следователь в Российской империи и общественный деятель в Германии [litres]

Книга воспоминаний Тейтеля верой в Человека и правдой истории служила делу помощи ближнему: автор активно подписывал дарственные экземпляры на своих юбилеях, дарил ее соратникам и друзьям, всем, кому была интересна дореволюционная Россия, история права и положение еврейства. Ряд ее экземпляров содержали автограф автора под его фотопортретом, личные пожелания дарителя и дату дарения или памятного события. Некоторые экземпляры издания постигла не менее удивительная судьба, чем их автора. Они исполнили мечту Якова Львовича, которую он часто упоминал в беседах или в переписке, – вернуться к своему столетию на родину, в Россию. В московской Российской государственной библиотеке (РГБ) хранятся три экземпляра парижского издания мемуаров Якова Львовича Тейтеля, один экземпляр немецкоязычного перевода воспоминаний, вышедших в Берлине в 1929 году, и два экземпляра книги «Я. Л. Тейтель. Юбилейный сборник: 1851–1931». Они содержат информацию, которая заслуживает особого внимания.

На одном из титульных листов русскоязычных воспоминаний Тейтеля – в фондах РГБ имеется дарственная надпись Леонтию Брамсону, близкому другу и многолетнему соратнику автора по дореволюционной работе в московском отделении Общества распространения труда между евреями (ОРТ), а после 1920 года в Берлинском ОРТ и в Союзе русских евреев в Германии: «Дорогому Леонтию Моисеевичу Брамсону с самыми сердечными приветствиями». Надпись датирована 5 февраля 1929 года: в конце 1920-х Брамсон покинул Берлин и переехал во Францию.

Еще один экземпляр книги воспоминаний Я. Л. Тейтеля на русском языке отмечен печатью «Cédé pour la Russie»129 и экслибрисом известного книговеда и библиографа, популяризатора книги и писателя Николая Александровича Рубакина (1862–1946). На экслибрисе пространство мира представлено в виде храма знаний, центром которого является человек в лучах восходящего солнца, освещающего расположенные слева и справа полки книг. В верхней части экслибриса помещено имя Рубакина, в нижней – раскрытая книга, на страницах которой девиз Рубакина: «Да здравствует книга, могущественное орудие борьбы за истину и справедливость». Рубакин – уникальная личность российского просвещения. В 1915 году Рубакин написал: «Я решил посвятить свою жизнь борьбе за человека, против гнуснейшего вида неравенства – неравенства образования»130С Тейтелем его роднит вера в человека и в то, что просвещение может воздействовать на преобразование общества больше, чем революции. Так же, как и Тейтель, он оказался в гуще народнического движения, писал воззвания и листовки, но активно политикой не занимался. Делом его жизни была книга, местом встречи людей – основанная им в Санкт-Петербурге частная библиотека, доступная для широкой публики. У Тейтеля делом жизни была социальная помощь нуждающимся и просвещение, а местом встреч – общественные организации в городах России. Вероятнее всего, Тейтель познакомился с Рубакиным в редакции петербургского журнала «Новое слово», где возникли и его контакты с В. А. Поссе. В 1948 году коллекция книг Рубакина, в составе которой оказалась и книга воспоминаний Я. Л. Тейтеля, по завещанию Рубакина, умершего в Швейцарии, была передана его наследниками в СССР, в Библиотеку им. В. И. Ленина (ныне РГБ).