Лебединая пара. По Ту Сторону

– Тоже выгорают? – предположила я.

Он мотнул головой.

– Нет, просто взрослею. Пойдем, я тебе молочное болото покажу!

Он взял меня за руку, переплетая пальцы. Я проворчала что-то про то, что он как маленький, но руку вырывать не стала. Последние дни Икел стал довольно тактильным, и мне сложновато было к этому привыкнуть. Но он был теплый, касался так естественно и ненавязчиво, что неловко было бы противиться. На ближайшие месяца полтора, пока у него не закончится линька, я не только его кормилец, но и единственное разумное существо в его окружении. Стоит ли удивляться, что он так легко ко мне привыкает?

– Надеюсь, хоть молочное болото меня чем-нибудь порадует! – усмехнулась я.

– Тебе понравится, – пообещал он, – Я всю ночь искал какое-нибудь жуткое местечко для тебя.

Дядя Дони был в замешательстве. Последнее время девочка вела себя странно. Она явно была чем-то взбудоражена, но упорно молчала. Меньше времени стала проводить с друзьями, и всегда будто куда-то спешила, съедала все запасы еды в одно лицо…

– Что у вас случилось? – не здороваясь, спросил он.

Арестарх Роттер, самая равнодушная скотина в мире, поднял на него скучающий взгляд своих чернющих глаз.

– Я не приглашал тебя в свой дом. Проваливай.

– Тиша странно себя ведет! – дядя Дони раскинулся в кресле для гостей и закинул ноги на стол хозяина.

Роттер скривился, но говорить ничего не стал, только посмотрел на него, наконец, с легким интересом.

– Тихея всегда странно себя ведет, – никто иной бы не заметил, но этот гость знал хозяина дома достаточно, чтобы понять, что в голосе прорезается беспокойство, – Дома все как всегда.

– Да? – дядя Дони нахмурился, – Но с ней явно что-то происходит! Я же не слепой…

Арестарх Роттер вдруг зло усмехнулся.

– И что? Любимая малютка Тиша ничего-ничего не рассказывает своему дяде Дони? А как же ваша незыблемая близость душ?

Гость подскочил, сжав кулаки, но под насмешливым взглядом старого друга не смог вымолвить и слова.

– Каким же ты стал несдержанным, – покривился Роттер, – Смотреть противно. Опустился настолько, что я бы принял тебя за простолюдина, не знай тебя раньше.

– Да пошел ты! – воскликнул дядя Дони и пнул кресло в застекленный шкаф, разбивая стекло.

Стоило чутка побуянить, раздражение ушло. А стиснутые зубы чертова Роттера и горящий взгляд добавили настроению еще пару баллов.

– Я тебе эту ногу сейчас сломаю, – спокойно пообещал хозяин дома, – И в свой грязный кабак ты будешь ползти.

Дядя Дони сглотнул вязкую слюну. Он точно знал, что этот псих вполне мог и не только ногу ему сломать даже за что-то меньшее, чем шкаф, но вечно об этом забывал.

– Не сломаешь… – неуверенно начал мужчина.

– Что мне помешает?

– Я иду к Тихее. Она же только ушла, да? Я для того и приходил, чтоб ее сегодня не проглядеть…

Арестарх смерил его своим жутким взглядом, но, в конце концов, кивнул.

– Пришлю тебе счет за ремонт.

Стоило гостю уйти, мужчина позвал миссис Грамбл. Давно она ему не отчитывалась о младшей дочери.