Каникулы на Эленмаре

В первых рядах наблюдающих за шествием, выделялась тучная дама, сопровождаемая лиловым в черную полоску козлом. Нет, это был не муж дамы, а такой же любимец-лигрел, как и у других женщин. Он обладал такими же выдающимися габаритами, как и его хозяйка. А супруг толстушки стоял рядом, аккуратно поддерживая ее за локоток. Мужчина с обожанием посматривал на свою жену и кидал взгляды, полные гордости и превосходства, на окружающих. Конечно, по меркам Астерии, его женщина приравнивалась к настоящему сокровищу, ведь ее прическа состояла из целых трех кос, каждая из которых закреплялась единственным «набу». В общем, вокруг было предостаточно и дам, козлов, и прочего населения.

— Зачем ты притащила сюда своего питомца? — тихо спросил проницательный Тальмир у дочери.

— Так надо, — улыбнулась Айа, посматривая в экран комма на своем запястье.

— А подружек с лигрелами зачем сюда вытащила? — хитро прищурился родитель.

— Отец, ты мне доверяешь? — девушка внимательно посмотрела в глаза пожилому мужчине.

— Больше, чем кому бы то ни было из живущих, — тихо ответил глава рода Като.

— Тогда ни о чем не спрашивай! Пока. Придет время и я сама тебе обо всем расскажу. Одно хочу сказать — что бы здесь сегодня не произошло, ничему не удивляйся, — серьезно сказала дочь.

— Ты изменилась, Айа. Не знаю кого благодарить за это. Богов? Или землян? В любом случае хвала тому, кто этому поспособствовал, — больше отец не произнес ни слова, но все время находился рядом.

Две девушки с синим и насыщенно-изумрудным лигрелами, стоящие неподалеку от Айи, приветливо помахали ей. Она улыбнулась в ответ и тут же отвлеклась на запиликавший комм. Прочитав сообщение, астерийка посмотрела на старушку с козой во главе шествия, поймала ее взгляд и демонстративно поправила распущенные волосы. Серафима Дормидонтовна кивнула.

Что произошло дальше, по большому счету, так никто и не понял. Баба Сима достала из-за пазухи расшитой рубахи склянку с какой-то жидкостью, а потом споткнулась и густо оросила ею белую шерсть рогатой любимицы.

— Ох ты ж батюшки-светы! — только и смогла сказать старушка.

— Обана ву? — тут же поинтересовался жрец, к чему-то подозрительно принюхиваясь.

— И омана тожа! — подтвердила староста всея Руси.

— Беее-э-э! — пожаловалась на судьбинушку Машка.

— Обана ву! — провозгласил жрец, потряхивая посохом.

— Ву! Ву! — подхватила толпа истинно-верующих.

— Мееееее-э-э-э! — вдруг перекрыло крики паломников. Это аморфные инопланетные козлы оживились сразу и как-то все.

— Тикать надоть, — облизав вмиг пересохшие губы, прошептала Серафима Дормидонтовна и осенила себя крестным знамением.