Избранные произведения в одном томе

Капитан также приказал мне попросить вас быть крайне осторожными. Здесь водится много диких животных.

— Нам об этом известно, — отозвался Макаллистер.

— Хорошо. Если кто-нибудь из вас заблудится или погибнет, мне придется заполнять много всяких бумаг, — произнес пилот без оттенка иронии.

— Не беспокойтесь, — улыбнулась Кейси.

Они пролезли через воздушный шлюз и спустились прямо в метель.

— Чтобы провести все как надо, — сказал Макаллистер, — нам следует подождать, пока буря стихнет. Обычно ненастье создает прекрасную атмосферу для интервью. Но в данном случае самый важный объект здесь — башня, и весьма желательно, чтобы ее можно было видеть. Везерал, сколько еще продлится эта вьюга?

Из люка показалась голова пилота.

— Не знаю, сэр. У меня нет сводки погоды.

— Похоже, вовсе недурно было бы ее иметь.

— Увы, здесь это не получится, — ответил пилот серьезно. Он осмотрелся, покачал головой и начал спускаться по трапу.

Посадочный модуль археологов, без малейших признаков жизни, стоял выше по склону. Он был меньше модуля «Звезды» и выглядел более стройным. Более рабочим.

Среди порхающих снежинок появилась женщина в голубом с белым спортивном комбинезоне, и по ее походке Макаллистер понял, что это Хатчинс. Она оказалась подтянутой, мальчишеского сложения, с коротко подстриженными черными волосами и доходила ему почти до плеча. Смотрела она недобро. Однако он отбросил свою обычную снисходительность, усматривая в этой недружелюбности естественную черту, свойственную всем лицам женского пола.

— Насколько я понимаю, вы руководитель экспедиции? — осведомился он, протягивая ей руку.

Женщина небрежно пожала ее.

— Хатчинс, — представилась она.

Он познакомил ее с Кейси и Везералом.

— Почему бы нам не побеседовать внутри? — спросила Хатчинс, резко поворачиваясь и уходя.

Она очаровательна.

Они стали пробираться через снежные заносы. Макаллистер внимательно изучал башню, одновременно стараясь привыкнуть к фликингеровскому костюму. Как ни странно, холодно не было. Макаллистер, в просторной обуви, проваливался в сугробы. Однако ногам было тепло.

Башня вырисовывалась за метелью. На Земле она показалась бы ему не более чем нагромождением камней. Здесь же, среди этого уединения, она смотрелась величественно. «А эти филистимляне пробили дырку в стене».

— Зря вы это сделали, — попенял он Хатчинс.

— Иначе из нее очень непросто выходить.

— Вполне понимаю, — отозвался он.

«Чего уж тут не понять. Очевидно, башня простояла здесь долгое время. Следовало бы выказать ей чуть больше уважения».