Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3

— А, испугались! — воскликнула Кирстен Линдстрем.

— Чего мне пугаться, Кирсти?

— Меня. Вы подумали, что я тихонько подкралась сзади, чтобы нанести удар со спины.

— Не мели чепухи, Кирсти. И в мыслях ничего подобного не было.

— Нет, подумали. И правильно сделали. Неизвестность заставляет вглядываться во тьму, вздрагивать от каждого шороха. В этом доме есть чего опасаться. Теперь мы знаем.

— Во всяком случае, дорогая Кирсти, тебя-то мне можно не бояться.

— Как знать? — проговорила Кирстен. — Разве не читали мы недавно в газете про одну женщину, которая много лет прожила со своей подругой и нежданно-негаданно вдруг убила ее? Задушила, пыталась выцарапать глаза. Зачем? В полиции она обстоятельно рассказала о том, что видела, как в подругу вселился дьявол и выглядывал из ее глаз. Вот она и посчитала себя достаточно сильной и отважной, чтобы поразить дьявола!

— О да, что-то припоминаю. Но ведь женщина оказалась ненормальной.

— Она этого не знала и на окружающих не производила впечатления психопатки. Никто не подозревал, что творится в ее бедном, измученном рассудке. Вот и я вам скажу: не знаете вы, что в душе у меня происходит. Может, я сумасшедшая. Может, взглянула как-то на вашу матушку, подумала, что она Антихрист, и убила ее.

— Что за чепуха, Кирсти! Невероятная чепуха.

— Да, — согласилась мисс Линдстрем, — это чепуха. Я очень любила вашу матушку, она всегда была такая добрая. Но вот что я стараюсь доказать вам, Хестер: поймите, что не следует часто повторять слово «чепуха».

Хестер обернулась и посмотрела на стоявшую перед ней женщину.

— Кажется, ты не шутишь, — пролепетала она.

— Не шучу, — ответила Кирстен. — Мы должны быть серьезными и смотреть правде в глаза. Не стоит притворяться, будто ничего не случилось. Этот человек, который приходил сюда… Лучше бы он не появлялся, но он пришел и дал нам ясно понять, что Джако не убийца. Очень хорошо, значит, убийца кто-то другой, и этот кто-то находится среди нас.

— Нет, Кирсти, нет! Это мог быть кто-то… ну, скажем, какой-нибудь вор или человек, захотевший свести с ней счеты.

— Полагаете, ваша матушка сама впустила его?

— Могла впустить, ты же ее знаешь. Кто-нибудь мог прийти со своими заботами, рассказать про несчастного ребенка, с которым дурно обращаются. Неужели ты думаешь, что мама не впустила бы этого человека, не провела бы его в комнату, не выслушала бы его?

— Весьма сомнительно, — возразила Кирстен. — По крайней мере, сомневаюсь, что ваша матушка сидела бы за столом, позволила бы этому человеку вооружиться кочергой и ударить ее по голове. Нет, она была достаточно осмотрительной и благоразумной женщиной.

— Хоть бы ты ошиблась, Кирсти! — воскликнула Хестер. — Как бы я хотела, чтобы ты ошиблась! От твоих разговоров все в душе переворачивается.

— Потому что опасность рядом, совсем близко. Нет, не скажу больше ни слова, но я вас предупреждаю: никому не доверяйте, хоть вы и думаете, будто хорошо знаете живущих с вами людей. Не доверяйте мне, не доверяйте Мэри, не доверяйте вашему отцу, не доверяйте Гвенде Воугхан.