Художник

– Понятно. Вероятно, суккуб – это баба с хлыстом?

– Да. – Один из инквизиторов поморщился. Царапина была болезненной.

Саэрэй махнул рукой, отпуская сгусток магии. Инквизитор, почувствовав облегчение, улыбнулся.

– Тогда я выгоню сейчас ее на вас. Чего ждать-то? – Предложил Сааминьш. – Меня ее очарование не берет.

Те снова посмотрели друг на друга и кивнули:

– Давай!

Саэрэй, придержав подкову, снова вошел в трактир. Женщина уже не танцевала, а склонившись над одним из мужиков, через рот втягивала энергию жизни. Ее помощник обшаривал сумки зачарованных гостей.

– Иди ко мне, моя красавица! – Расставил когти дракон. – Я уже тебя люблю!

Суккубка кинула быстрый взгляд на двери и окна.

– А давай договоримся! – Предложила она. – Пятьдесят на пятьдесят! Здесь много монет!

– Нет! Иди ко мне, красотка! – Продолжал двигаться к ней Дракон. – На окна смотреть не надо, все равно достану. У меня руки длинные. – Поведал он, отращивая лапу.

Та взвизгнула, скинула туфли и, приняв истинный облик, скакнула на люстру. Саэрэй махнул лапой, но не достал и полез на стол. Но пока грузный дракон в полуобороте забирался повыше, она уже скакнула на подоконник и, показав ему язык, прыгнула наружу. И скоро оттуда раздался визг. Пока Саэрэй выбирал место, куда слезть среди лежащих вповалку тел, сзади к нему подкрался пацанчик, подыгрывавший дамочке на гитаре, и со всей дури врезал дракону стулом по хребту. Удивленный Дракон обернулся и, цапнув не успевшего убежать парня, подтянул к себе.

– И кто тут у нас? – Поинтересовался он. – Ну-ка, весельчак и балагур, открой свое личико!

И Дракон слегка дунул на физиономию парня истинным пламенем, под действием которого с предметов и сущностей слетают все иллюзии. Нос парня свело в пятачок, а руки – в копытца. Кожа потемнела и покрылась короткими жесткими волосками.

– Бесеныш! Тебе-то что дома не сиделось, а?

– Так это, адреналин, веселуха! – Нагло сверкнув глазками, выдал тот. – Девочки.

– Угу. Секс, наркотики, рок-н-ролл. Теперь будешь развлекаться на опытном столе инквизиторов, голубчик. А ну, пошли!

Входная дверь, вытолкнутая наружу мощной дланью Сааминьша, с размаху треснулась о стену. Рука Дракона, с висящим на ней бесенком, выдвинулась наружу. И тут подкова решила, что пришел-таки ее звездный час. Крутанувшись на гвозде последний раз, она слетела и, выписав в воздухе мертвую петлю, ударила бесенку в темечко. Затем, широкой дугой отрикошетив прямо в нос суккубке, которую уже прихватила пара эльфов, с гордым видом навсегда упокоилась в сточной канаве.

Дитя преисподней, схватив свободной рукой пострадавший в неравной борьбе с железом орган, захныкала и пообещала настрочить заявление, что ее избили при задержании.

– Нет, ну какова подруга? – Поднял голову один из людей. – Ей грозит ссылка в нижние круги, а она все права качает. Ты бы еще в Страсбургский суд петицию отправила, милочка!

– О, а у нас тут еще один беглец нарисовался!