Крайне добропорядочный хоббит (ЛП)
- Автор: thethirdstar
- Язык: русский
- Переводчик: "Lomi"
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Крайне добропорядочный хоббит (ЛП)». Краткое содержание книги:
После нескольких глотков тело вдруг стало невесомым, голова легкой, а мысли несвязными и неторопливыми. После того кошмара, что вгрызался в его разум и душу последние несколько дней, это казалось истинным блаженством. Осушив кружку, Бильбо вернул ее Барду, жестом попросив налить еще.
- Такое ощущение, что ты тоже хочешь потягаться с ними, - улыбнулся Леголас, вывернувшись из-за спины Барда и перехватив протянутую кружку.
Беорн хмыкнул, но глаза его оставались серьезными – он внимательно следил за Тауриэль, которая опустошила свою кружку и звонко стукнула ей о деревянную столешницу. Его собственная кружка, которую он обнимал огромными ручищами, казалась не больше чашки из кофейного сервиза.
Леголас, наполнив и передав кружку Бильбо, уселся рядом с ним на одеяла.
- Если будешь продолжать в том ж духе, не продержишься долго, эльфийская леди, - заметил Беорн, опустошив вторую кружку.
- Ха, - парировала Тауриэль, в свою очередь усаживаясь на стул. – Ты, очевидно, никогда раньше не пил с эльфом.
Беорн вновь хмыкнул и тяжело опустился на шаткий табурет, жалобно заскрипевший под его весом.
- Есть ли хоть что-то в этом мире, не долженствующее, по твоему мнению, доказывать твое эльфийское превосходство над нами, жалкими смертными?
- Не думаю, что превосхожу в чем-то всех смертных, - вздернула бровь Тауриэль. – Только тебя, оборотень.
- Как тебе будет угодно, эльфийская леди, - Беорн оскалился и налил себе еще. – Но ты скоро убедишься, что по части выпивки я куда более вынослив, чем любой эльф или человек, имевший несчастье оказаться с тобой на хмельном пиру.
Тауриэль фыркнула в кружку.
- Так говорил каждый, кто хвалился передо мной своей выдержкой.
- Ага, но я, в отличие от них, отвечаю за каждое сказанное слово.
- Увидим, - Тауриэль улыбнулась ему нарочито кроткой издевательской улыбкой.
У Бильбо кружилась голова. Он уже успел выпить две полные кружки и наверное… теперь он достаточно пьян, чтобы проспать до утра без снов. Он упрямо поднял кружку и чуть не промахнулся мимо рта – и промахнулся бы, угодив себе по щеке, если бы не Леголас, который неуловимым движением подтолкнул деревянный край посудины к его губам.
- Может, хватит, Бильбо?
Лицо Леголаса качалось перед глазами всполохами золотого и белого.
- Нет уж, - воспротивился Бильбо, вновь опрокидывая в себя обжигающее пойло. Язык во рту ворочался тяжело, и слова выходили невнятно.
Хватит – это когда он замертво рухнет на пол, позабыв, кто он и где он. Может, тогда сердце перестанет болеть. Ненадолго – он знал это, - но так было все же лучше, чем погибать под грузом сводящих с ума мыслей и рвущих душу воспоминаний.
Бильбо почти ждал, что Леголас попытается отобрать у него кружку и настоять на своем, но ничего подобного не случилось.
- Я вовсе не… не предлагаю тебе искать утешение в словах. – Бильбо изо всех сил попытался сосредоточиться на лице эльфа, но не преуспел. – Сейчас они для тебя лишь пустой звук и не значат ничего. Но если когда-нибудь тебе понадобится собеседник, нужно лишь попросить. Знаю, эта боль сильнее, чем ты можешь вынести, друг мой, - тут Леголас легко коснулся груди Бильбо там, где билось сердце. – Но время излечит раны.
- Д-да уж… все повторяете и повторяете одно и тоже, - пробормотал Бильбо заплетающимся языком, что, впрочем, не помешало выплеснуть долго копившиеся в нем горечь и раздражение. – Что все будет хорошо… когда-то, надо лишь подождать.
- Понимаю, сейчас тебе меньше всего хочется слышать такое, - Леголас убрал руку и улыбнулся грустной улыбкой. – Я не говорю, что путь будет легким, но обещаю, что так случится, друг мой.
- Ты… ты, - Бильбо растерял все слова. – Ты живешь так долго…
Может, Леголас был прав. Может, ему ведомо что-то, чего не знал он, Бильбо. Может, в этом заключалось проклятие вечной жизни эльфов – бессмертие и мудрость словно отделяли их от прочих народов Средиземья, делали чужими. Каждый день и каждый миг смерть собирала свою жатву - ведь все когда-нибудь сгинет в небытии, все живущие ныне умрут. Но только не дивный народ.
Неудивительно, что они держались особняком, стараясь не слишком сближаться с хрупкими недолговечными людьми, гномами и… хоббитами. Даже орков и гоблинов роднил призрак неизбежной смерти, делая их подобными всем прочим… но не эльфам.
- Наверное, так одиноко, - грустно добавил Бильбо, глядя на Леголаса. – Тебе очень-очень одиноко.
- Пожалуй, - согласился Леголас, улыбнувшись, когда Бард подтащил к ним свой стул и уселся рядом. – Можно сказать, я знаю об этой стороне жизни побольше многих.
- Это о какой? – полюбопытствовал Бард, расслабленно откинувшись на спинку стула.
- Ну… просто о жизни, - уклончиво ответил Леголас.
«И смерти», - услужливо добавил внутренний голос Бильбо.
- А, - Бард потер плечо. – Поведай же нам истину, о мудрый эльфийский принц.
Леголас задумчиво отхлебнул из кружки.
- Жизнь прекрасна и удивительна.
Бильбо тоже поспешил пригубить едкую брагу. Уж лучше давиться ее обжигающим вкусом, чем вопиющей банальностью лжи, изрекаемой наглым эльфом.
- И в то же время потрясающе жестока, - невозмутимо продолжал Леголас. – Она будет испытывать тебя на прочность еще и еще, пока не останется лишь тонкая, дрожащая тень прошлого тебя. Жизнь – неохватна и всепроникающа, сложна как искусный узор, сплетенный из тысяч нитей на полотне шире небосвода. Ее невозможно мерить нашими мерками, называя «хорошей» или «плохой».
Леголас скосил глаза на Бильбо и вновь улыбнулся ему улыбкой, от которой веяло шепотом минувших столетий.
- Сумрак рассеется, Бильбо. Твоя утрата – открытая рана, но все ранам дают время для исцеления. Ты вновь научишься видеть кругом красоту и радость.
Глазам вновь стало горячо. Бильбо так хотел верить Леголасу – неужели когда-нибудь, возможно – только возможно! – эта боль в груди утихнет настолько, что с ней можно будет жить? Он сморгнул соленую влагу с ресниц – слезы больше не причиняли вреда. На этот раз их вызвала не лютая отчаянная тоска, безжалостно рвавшая сердце. Бильбо плакал, потому что поверил - и это пройдет. Чувствуя себя легким как перышко, он повалился на спину в ворох одеял, и натянутая крыша шатра колыхалась и вращалась перед его бездумным взглядом где-то в невообразимой вышине.
- Я выпью за это, - услышал он со стороны хриплый голос Барда и закрыл глаза.
Одеяла под ним вздымались и покачивались, словно палуба корабля, плывущего по волнам. Голоса окружающих начали отдаляться, сливаясь в монотонный гул, и Бильбо медленно скользил между сном и явью, не скатываясь, впрочем, в беспамятство очень-очень долго. Казалось, прошли часы, прежде чем темнота наконец мягко приняла его в свои объятия, и все вокруг пропало.
- …Волосы цветом ярче драконьего пламени!
Бильбо резко открыл глаза и заморгал. Беорн – а это был, несомненно, он – пророкотал эти слова в полный голос, правда, получилось у него так невнятно, что смысл сказанного был почти неразличим. Бильбо с трудом сел, едва не повалившись обратно – мир вокруг продолжал медленно вращаться.
Тауриэль сидела, уткнувшись лбом в деревянную столешницу. Со стороны могло показаться, что она сомлела от выпивки, но плечи ее едва заметно тряслись от смеха.
- А глаза… глаза… - Беорн махнул огромной, покрытой шрамами рукой, едва не опрокинув стул. – Какого они там сейчас цвета?
Тауриэль подперла голову кулаком и уставилась на него с пьяной усмешкой.
- Зеленые, болван. Что за… Какой… - тут она широким жестом ткнула в Беорна, но, видимо, так и не смогла подобрать подходящего слова, - в общем, кто так соблазняет леди, по-твоему, если не может даже вспомнить, какого цвета у нее… эти… штуки.