Электронная книга - «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
Третий том полного собрания сочинений «Агата Кристи в трёх томах». В хронологическом порядке, с разделением по циклам, переводчики и год первой публикации указаны в конце каждого произведения. Сборка: Diximir (YouTube) 2021 г.
— Но это и в самом деле славно! — еще более удивилась Мэри. — Теперь нет нужды делать вид, что все в порядке, и забывать о случившемся в нашем доме убийстве.
— Ну, не совсем в нашем.
— Это практически то же самое. Все это нервирует и в высшей степени удручает, когда за твоей спиной досужие языки перешептываются. Мерзость какая-то.
— Но ты держишься молодцом, — возразил Филип. — Заморозишь болтунов ледяным взглядом своих голубых глаз, собьешь с них спесь и заставишь самих себя устыдиться. Просто удивительно, как тебе удается скрывать свои эмоции.
— Противно это, крайне неприятно, — сказала Мэри, — но, как бы то ни было, он умер, и разговорам конец. А теперь… теперь, полагаю, снова начнут ворошить старое. Устала я.
— Да, — задумчиво протянул Филип. Он вздрогнул, на лице мелькнула гримаса страдания. Жена подскочила к нему:
— Тебе нездоровится? Подожди. Дай поправлю подушку. Вот так. Теперь лучше?
— Тебе бы в больнице сиделкой работать.
— Меньше всего хотела бы ухаживать за другими людьми. Только за тобой.
Это были простые, безыскусные слова, но под ними таилась глубокая бездна невысказанного чувства.
Зазвонил телефон. Мэри подошла к нему, сняла трубку.
— Это Мики, — пояснила она Филипу. — Да… Мы уже слышали. Отец звонил… Хм, разумеется… Филип говорит, что, если юристы найдут доказательства убедительными, все будет хорошо. В самом деле, Мики, не понимаю, чем ты так огорчен… Не считаю себя идиоткой… Мики, я действительно не думаю, что ты… Алло! Алло! — Мэри нахмурилась и опустила трубку. — Он не захотел разговаривать. В самом деле, Филип, я не понимаю Мики.
— Чем именно он тебя огорчил?
— Хм, он будто взбесился. Назвал меня идиоткой, сказал, что я не задумываюсь о последствиях. К черту! Так и сказал. Но почему? Не понимаю.
— Испугался, наверное, а? — в раздумье произнес Филип.
— Но почему?
— Хм, знаешь, он прав. Последствия неизбежны.
Мэри окончательно растерялась:
— Думаешь, снова всколыхнется интерес к этому делу? Конечно, я рада, что имя Джако больше не замарано, но тошно делается, когда народ языки распускает.
— Не в том дело, что соседи скажут. Есть вещи и поважнее. Полиция заинтересуется, вот!
— Полиция? — всполошилась Мэри. — Им-то что за дело?
— Моя дорогая девочка, подумай, — сказал Филип.
Мэри медленно подошла к нему, присела рядом.
— Понимаешь, преступление оказывается нераскрытым, — подсказал ей Филип.
— Станут ли они из-за этого беспокоиться? Столько времени прошло!
— Приятно лелеять иллюзии, — иронически заметил Филип, — но боюсь, дело дрянь.
— Ведь они сами напутали… возвели на Джако напраслину… захотят ли начать все снова?
— Они-то, может, и не захотят — но будут обязаны! Закон есть закон.
— О, Филип, уверена, ты ошибаешься. Поговорят немного, на этом все и закончится.
— А жизнь наша будет счастливой и безмятежной, — поддразнил ее Филип.
— Почему бы и нет?
— Не так все просто. — Он покачал головой. — Твой отец прав. Нужно всем собраться и посоветоваться. И пригласить Маршалла.
— Считаешь, что надо поехать в «Солнечное гнездышко»?
— Да.
— Но мы не можем.
— Почему?
— Это неосуществимо. Ты болен и…
— Я не болен, — раздраженно произнес Филип. — Я достаточно здоров и крепок. Ноги вот только отказали. А дай мне подходящий транспорт, я и до Тимбукту доберусь.
— И спорить не хочу, проку нет тащиться в «Солнечное гнездышко». Начнут перетряхивать старое…
— Меня это не тревожит.
— …И дом не на кого оставить. А кругом полно грабителей.
— Попросим кого-нибудь переночевать.
— Легко говорить… будто это так просто.
— Старая миссис Уотсхернейм может приходить ежедневно. Да перестань все валить на хозяйство, Полли. Видно, ты не хочешь ехать.
— Да, не хочу.
— Мы там долго не задержимся, — убеждал ее Филип. — Но думаю, ехать надо. Это тот случай, когда вся семья должна объединиться. Покажем людям, чего мы стоим.
В Драймуте Калгари рано поужинал в отеле и поднялся в свой номер. Посещение «Солнечного гнездышка» глубоко потрясло его. Он исполнил свою тягостную обязанность, хотя потребовалось немало душевных сил, чтобы на это отважиться. К тому же пришлось столкнуться с такими проблемами, каких он не мог и предвидеть. Калгари вытянулся на кровати, закурил и попытался припомнить, как все было.
Перед ним, словно живое, возникло лицо Хестер в минуту прощания. С каким презрением отвергла она его упоминания о справедливости! Что она сказала? «Речь не о преступнике, речь идет о невинных». И еще: «Неужели вы не понимаете, что натворили?» Но что же он натворил? Непонятно.
