Савва Сторожевский

А вот что добавляет в лице Лабома история. Один из схимников, живущий в убогой землянке, ободрённый любезным обращением Лабома, сознался ему, что говорит по-французски и вступил с ним в разговор. При этом на вопрос посетителя схимник рассказал следующее:

«Французы в громадных силах пришли в русские владения, пришли разорять нашу родину и уже подошли к святому нашему городу, сердцу государства и источнику нашего благосостояния; но они не знают нашего характера и думают, что мы склоним шею под ярмо и что, поставленные в необходимость выбирать между нашими домами и нашей свободой, мы, как уже другие народы, предпочтём влачить оковы, отказавшись от нашей народной гордости, составляющей силу всякого народа. Но нет, Наполеон ошибается: мы слишком просвещены, чтобы ненавидеть его тиранство, и недостаточно развращены, чтобы предпочесть рабство свободе. Напрасно он надеется понудить нас силою своих несметных армий заключить мир; и тут он ошибается: народ наш кочевой, и сильные царства нашего, имея возможность переселять целые народности, прикажут своим крестьянам бежать в пустыни и дебри, чтобы избежать нашествия и даже, если нужно, уничтожать города и сёла, скорее, чем отдать их истинному варвару, власть которого нам ненавистнее самой смерти.

Мы знаем также, продолжал он, что Наполеон очень сильно рассчитывает на прежние препирательства между монархом и дворянством; но любовь к родине заглушает все прежние несогласия: он ещё надеется вооружить народ против дворян: тщетные старания! Народ, по вере своей, должен подчиняться господам своим и не поверит обманчивым обещаниям того, кто жжёт его избы, убивает детей, опустошает нивы и оскверняет храмы; впрочем, не вся ли Европа имеет перед глазами разительные примеры его хитрости? Испания поверила в искренность его союза, и теперь она — одно громадное кладбище! Короновавший его первосвященник, посадивший скромного гражданина на первый в мире трон, получил ли что в благодарность за этот венец? Суровый плен! А ваша родина, которая нам, иностранцам, кажется забывшей породу св. Людовика, какую награду получила она за свою покорность? Лишь постоянные новые налоги для оплачивания царедворцев или для удовлетворения роскоши семейства, жадного на удовольствия. Сверх того у вас бесчисленные изгнания, тайные казни, даже сама мысль ваша окована; целые поколения людей поглощены войной, и матерям вашим остаётся, наконец, только проклинать свою плодовитость. Вот, сказал мне этот почтенный старец, положение, в которое поставил вас тиран; тиран тем более пустой и противный, что, родившись в тёмной среде, имея ли одного слугу, он ныне желает покорить под свои ноги весь мир, желает даже королей заставлять ожидать в своей передней. Ах! если бы я не боялся оскорбить величие нашего монарха, которого мы любим, как и он нас, я бы провёл параллель между вашим императором и нашим... Но такое сравнение показало бы лишь разительную противоположность и значило бы противополагать преступление добродетели».