Электронная книга - «Избранные произведения. IV том». Краткое содержание книги:
Дин Рэй Кунц (род. 9 июля 1945 года, Эверетт, Пенсильвания, США) — американский писатель. Один из самых популярных авторов «романов ужасов». Из его шестидесяти книг двенадцать стали национальными бестселлерами в Америке. Известен во всём мире как непревзойдённый мастер остросюжетных триллеров, которые держат в напряжении с первой и до последней строчки. Содержание: Мистер убийца Слезы дракона Зимняя луна Ледяная тюрьма Темные реки сердца Неведомые дороги Очарованный кровью Единственный выживший Тик-так Ложная память Краем глаза До рая подать рукой При свете луны Лицо в зеркале
Происходившее не укладывалось в голове. Такое не могло присниться в самом жутком сне. Кошмары стали реальностью. Монстры ожили. Здоровой рукой он ухватился за волосы Другого и сильно потянул назад, отчаянно пытаясь оттолкнуть от себя эти ужасные зубы.
Глаза существа сверкнули и закатились. Когда Другой закричал, изо рта у него потекла пенистая слюна.
Его тело выделяло тепло, оно было таким горячим, как виниловые сиденья в машине, простоявшей долгое время на солнцепеке.
Отпустив горло Марти, но все еще прижимая его к парапету, Другой потянулся назад и схватил руку, державшую его волосы. Костлявые пальцы, нечеловеческие. Острые когти. Казалось, что они остались без плоти, были тонкими, но исключительно сильными и цепкими. Он едва не сломал ему руку, прежде чем Марти успел выпустить его волосы из своей руки. Затем Другой наклонил голову и вцепился зубами в руку Марти, прокусив рукав его куртки, но не саму руку. Существо снова схватило его, пытаясь скинуть вниз за парапет, но Марти удалось увернуться. Зубы снова щелкнули у его лица, на этот раз меньше чем в дюйме от щеки, и из губ Другого вышел какой-то дребезжащий звук, напоминавший одно слово: «Нужно». И снова защелкали его зубы.
— Будь спокоен Алфи. Марти услышал эти слова, но сначала не мог сообразить ни того, что они означали, ни того, что никогда раньше не слышал голоса, от которого они исходили.
Другой закинул голову назад, словно готовясь в последний раз впиться ему в лицо. Но так и застыл в таком положении, дико вращая глазами. Его лицо, напоминавшее лицо скелета, светилось, как снег, зубы обнажились, он стал крутить головой из стороны в сторону, заскулив, словно не понимая, почему колеблется.
Марти понимал, что должен был использовать — этот момент, чтобы нанести коленом удар в пах этому существу, попытаться оттолкнуть его подальше от себя, к противоположному парапету, а потом навалиться на него и скинуть вниз. Как писатель, он прекрасно знал, что нужно было делать, случись это в его книге или в кино, но сейчас у него не было на это сил. От боли в руке и горле у него началось головокружение и приступ тошноты. Он понимал, что вот-вот потеряет сознание.
— Будь спокоен, Алфи, — повторил голос, но уже более твердо.
Все еще продолжая удерживать Марти, который беспомощно лежал на парапете, Другой повернул голову в сторону говорившего.
Вспыхнул фонарь, осветивший лицо существа. Моргая от света, Марти увидел бородатого человека, высокого и широкоплечего, и человека поменьше в черном лыжном костюме. Они были ему незнакомы.
Они удивились тому, что увидели, но Марти не заметил ни шока, ни ужаса в их глазах, как можно было того ожидать.
— Господи! — произнес человек поменьше ростом. — Что с ним происходит?
— Метаболическое уменьшение — ответил крупный мужчина.
— Господи!
Марти взглянул на западную часть звонницы, где Пейдж склонилась над детьми, укрывая их, прижимая их головы к своей груди, чтобы они не видели, что происходило с Другим.
— Будь спокоен, Алфи, — снова повторил коротышка.
Терзаемый яростью, болью и растерянностью, Другой произнес:
— Отец. Отец. Отец!
Он все еще крепко держал Марти в своих руках, и Марти вынужден был снова смотреть в лицо, которое совсем недавно было в точности как у него.
Освещенное фонарем, оно было еще более страшным, чем казалось в темноте. В некоторых местах из него вырывались струйки пара, подтверждая его ощущение, что Другой был сильно перегрет. Следы пулевых ранений обезобразили одну сторону головы, но уже не кровоточили и фактически выглядели почти зажившими. Продолжая смотреть на него, Марти увидел, как черная свинцовая пуля вышла из его виска и оттуда тонкой струйкой потекла жидкость желтоватого цвета.
Но раны вызывали наименьшее отвращение. Несмотря на физическую силу, которой все еще обладал Другой, на нем практически не осталось плоти, он напоминал труп, вылезший из гроба после пребывания в могиле больше года. Кожа туго обтягивала — кости. От усохших ушей остались одни хрящи, которые плотно прилегали к его голове. Рассеченные губы стали тонкими и обнажили десна, отчего зубы стали выпирать вперед, делая лицо похожим на звериную морду со злобным оскалом хищника.
Это была сама Смерть, ее олицетворение, только без своего широкого черного покрывала и косы, собравшаяся на бал-маскарад в костюме из плоти, но таком тонком и дешевом, что ее сразу можно было узнать.
