Девятый круг. Одиссея диссидента в психиатрическом ГУЛАГе

Горбунов снова застыл, положа голову на свою «воздушную подушку», а Маугли начал нервно тусоваться по камере, гадая, сделают ему сульфозин или нет. Часов в семь распахнулась дверь, и Маугли вызвали в процедурку на уколы.

— В четыре точки поставила, блядь, — вернувшись, матерился он.

Маугли тут же снял рубаху и, морщась от боли, начал остервенело выдавливать из дырок светло-желтую жидкость. Действительно, вдобавок к двум дырам в ягодицах были видны еще две дыры под лопатками, и это были именно «дыры» — сульфозин колют через толстые иглы и только теплым.

Сульфозин не раствор — это взвесь серы в персиковом масле. Введенный внутримышечно, он не рассасывается и застывает в долго сохраняющиеся болезненные инфильтраты. Некоторая часть серы попадает в кровь — организм воспринимает это как отравление, наступает иммунная реакция, поднимается температура. Кровь очищается печенью, для которой это сильный удар. Сера скапливается в суставах, поэтому болят и они: после укола несчастный еще две недели двигается, подтаскивая одну за другой ноги. Когда сульфозин колют под лопатку, руки теряют подвижность, движения ими становятся ограниченными и болезненными.

Уже к отбою температура у Маугли подскочила до 38 градусов. Наутро он не мог ни встать, ни есть. Его постель хлюпала от влаги, пропитавшей простынь, матрас, рубаху, кальсоны. Маугли лежал в бреду на животе, лицо тоже мокрое от пота и слез — это был первый и единственный раз, когда я видел, чтобы он плакал.

— Ууу, сука… Оклемаюсь — завалю Быка, — громко шипел Маугли, и по глазам можно было подумать, что он даже этому верит.

Несколько раз в день подходила медсестра и давала в камеру градусник через кормушку. При температуре выше 41 градуса действие сульфозина положено купировать — иначе последствия могут быть фатальны. Маугли это знал и осторожно — так, чтобы не видела медсестра, дежурившая у двери, пока он мерил температуру, — бил пальцем по градуснику, пытаясь загнать ртуть повыше. К вечеру следующего дня ему это удалось сделать — или на самом деле зашкалила температура. После этого Маугли сделали два укола, сбивших температуру, и ему стало легче. Однако еще неделю он отходил от лихорадки и боли в суставах и валялся трупом на койке.

— Что-то сегодня будет… — неожиданно произнес с утра Иван. Как обычно, он не объяснил, что именно должно случиться.

И действительно, на обход явилась замначальника СПБ, капитан Галина Иннокентьевна Шестакова. Я легко узнал ее по описаниям. Невысокого роста, с худощавым лицом и острым носом — в ней было что-то от мисс Гнусен[79], как ее играла Луиза Флетчер. («Пролетая над гнездом кукушки», конечно, не показывали в СССР, но когда я посмотрел фильм, то удивился сходству этого персонажа с Шестаковой.)