Бывшие в падении

– Мне об этом известно, – сухо улыбнулась я, – с тех самых пор, как мой бойфренд оставил меня в больнице умирать от анорексии, потому что я сорвала ему постановку.

К моему изумлению, Кент взглянул на меня с любопытством.

– Однако вы не умерли.

– Нет.

– Если однажды вам удастся забраться на вершину, о вас будут писать книги и снимать фильмы.

Либо это была шутка, либо я ничего не понимаю в тонком английском юморе. Я подозрительно покосилась на Кента, проверяя догадку.

– Вы слышали поговорку «Лучше поздно, чем никогда»? – спросил Кент. Я кивнула. – Она не во всех случаях верна. Понимаете, мисс Огнева, вам удалось произвести впечатление и влюбить зрителя в моем лице, но влюбленность быстро проходит. Я гляжу на вас и уже не помню, что именно меня впечатлило.

– Вы не первый говорите мне о том, что в жизни я неинтересная. Я не питаю иллюзий на свой счет, – пожала я плечами, глотая новое полуоскорбление. А вот следующие слова дались мне с большим трудом, потому что в них крылось большое обещание и большая ответственность: – Но я хороша в танце.

– Возможно, – скривил губы Кент. – А от меня что хотите?

– Узнать, могу ли я рассчитывать на то, что ваше предложение до сих пор в силе.

Выпалив это, я задержала дыхание. Мы оба прекрасно понимали, ради чего я пришла, но попросить я была обязана, потому что по глупости поставила себя в положение просителя, который не вправе диктовать условия.

– От вас всегда столько проблем? – уточнил Кент.

О да, мой звездный час. Собеседование мечты!

– Да, – честно призналась я.

Кент неожиданно хмыкнул.

– Ценю вашу откровенность. Давайте так: я дам вам возможность меня убедить. Танцуйте.

Я нахмурилась, оглядела скользкий мраморный пол.

– Здесь? Но у меня даже пуантов с собой нет.

– Очень жаль. Это проблема? В Кремлевский балет вы вряд ли пройдете еще раз, а никакого зала в кармане у меня не припасено.

– Мне нужно время на разогрев, – приняла я максимально сумасбродное решение.

– Конечно. А я пока пойду поужинаю.

Когда он вернулся спустя целых сорок минут, я стояла босиком на мраморном полу под шепотки людей. Своими па я заранее собрала целую толпу зевак.

Я ни секунды не сомневалась в том, что именно буду танцевать: к счастью, однажды, давным-давно, человек, который любил, написал для меня партию. Партию, способную раскрыть меня с лучшей стороны. Ее почти никто не увидел и уж точно никто не запомнил, но в моей памяти живо каждое движение. Пусть Эсмеральда, которую я загубила, проживет еще один свой день, пусть даст мне шанс все исправить. Последний.