Королевство Бахрейн. Лики истории
- Автор: Сенченко Игорь Петрович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Арт-Экспресс
- ISBN: 978-5-907189-30-0
- Жанр: История
Электронная книга - «Королевство Бахрейн. Лики истории». Краткое содержание книги:
В этой книге читатель найдет интересные сведения о настоящем и далеком прошлом Бахрейна, о быте и обычаях, традициях и нравах его народа.
Книга познакомит читателя с неизвестными и малоизвестными документами «бахрейнского досье» Архива внешней политики Российской империи, с донесениями и информационно-справочными материалами российских дипломатов-востоковедов, с записками и воспоминаниями о Бахрейне арабских, европейских и русских путешественников.
Англичане в Бушире, да и в других портах Персидского залива, сообщал из Багдада Алексей Федорович Круглов, ссылаясь на его беседу с французским вице-консулом в Мосуле г-ном Д’Орвилем, невероятно «озлоблены установлением русской пароходной линии в порты Персидского залива… Всюду твердят, что линия эта недолговечна, и что попытка русских закончится неудачей. Видят в ней не торговое, а политическое предприятие, направленное в ущерб их интересам и престижу» (21).
Г-н Д’Орвиль, служивший до Мосула в консульстве в Джидде, а затем во французском посольстве в Константинополе, добирался до Багдада, к новому месту работы, через Бомбей и Персидский залив. Не раз потом, со слов А. Круглова, вспоминал, что англичане, с которыми он встречался и беседовал по пути следования, никак не хотели понять того, что все начинания русских в Персидском заливе имели целью «развитие русской торговли». Полагали, что за всем этим кроется «некий тайный план России по приближению к Индии и тому подобные угрозы английской нации» (22).
Торговый район Персидского залива, извещал внешнеполитическое ведомство России управляющий генеральным консульством в Бушире Гавриил Владимирович Овсеенко, включал в себя, «помимо обоих побережий, еще и многие рынки сопредельных с ним областей», торгово-коммерческая жизнь которых «находилась в прямой зависимости от состояния дел в упомянутом районе». Морскую торговлю в зоне Персидского залива поддерживали следующие порты: Басра, Мохаммера (Мухаммара), Кувейт, Манама, Бендер-Бушир, Бендер-Аббас, Линге, Маскат и приморские города-порты Оманского побережья. «Наиважнейшими» из них он называл «Шарджу, Расуль-Химэ [Ра’с-эль-Хайму], Абу-Зуби [Абу-Даби] и Дебай [Дубай]», «вполне доступные для судоходства» и обслуживавшие «береговую полосу от мыса Мусандам до Катарского полуострова». Все порты Персидского залива, отмечал Г. В. Овсеенко, «состояли между собой в постоянных торговых сношениях». Бушир снабжал «Фаристан и даже отчасти округ Исфаханский». Линге «служил складом европейских товаров для провинции Ларистан, мелких островов и отчасти Оманского побережья Персидского залива». Из Бендер-Аббаса «заграничные товары поступали во многие провинции Ирана». Маскат «обслуживал рынки восточной части Омана»; Манама — «группу Бахрейнских островов, соседний с ними Катар и береговую полосу Эль-Хаса», которую контролировали турки; Кувейт — Внутреннюю Аравию и отчасти Ирак Арабский (23).
Повышенное внимание в деятельности российской дипломатии на Аравийском побережье Персидского залива отводилось Маскату и Кувейту. В документах Министерства иностранных дел говорилось, что Маскат, как «передовой и важнейший пункт Оманского залива», обладал «прекрасной якорной стоянкой»; и служил в то время «одним из главных сборных мест мореплавателей всего Индийского океана». Проводилась мысль о том, что, «будучи столицей Маскатского имамата и крупным торговым центром, город Маскат притягивал к себе арабское население многочисленных оазисов юго-восточной оконечности Аравийского полуострова». «Со стороны моря» находился в динамичных торговых сношениях не только с обоими побережьями Персидского залива, с Индией и Белуджистаном, Аденом, Джиддой и другими портами Красного моря, но и с более отдаленными от него портами Египта, Восточного побережья Африки, Западной Европы, Америки и Юго-Восточной Азии. «Со стороны суши» поддерживал оживленные связи с племенами Центральной и Северной Аравии, земли которых были связаны с Маскатом многовековыми караванными путями. В силу всего сказанного выше имел чрезвычайно важное политическое, торговое и военно-стратегическое значение в масштабах Аравийского полуострова и зоны Персидского залива в целом. «Мог служить для русского представителя отличнейшим пунктом для наблюдения за текущими событиями как в смысле политическом, так и в отношении торговом» (24).
Пристальное внимание российской дипломатии к Маскату объяснялось еще и тем, что «с открытием русской торговой навигации в Персидский залив» Маскат становился «неизбежным этапным пунктом» для русских торговых судов. Представлял интерес Маскат и для кораблей Военно-морского флота России — как место для загрузки углем по пути следования на Дальний Восток и в Персидский залив. «Командиры наших военных судов, — писал министр иностранных дел России граф Владимир Николаевич Ламздорф в депеше Ивану Алексеевичу Зиновьеву, послу в Константинополе (21.01.1904), — неоднократно указывали на Маскат, как на пункт во всех отношениях наиболее удобный», по сравнению с другими портами района Персидского залива, «для устройства в нем склада каменного угля». Необходимость в нем испытывают все идущие в Персидский залив русские суда, как военные, так и торговые.