Притворись, что любишь

— Миленький мой, хороший! Что же они с тобой сделали! — причитала Кира сквозь всхлипы.

— Девочка, это ты? — спросил он заплетающимся языком.

— Я, я! — воскликнула она. — Ты очнулся! Я так рада!

Ее голос резал слух не хуже колокольного звона. Кирилл поморщился, но жаловаться не стал. Лишь попытался придвинуться к ней поближе.

— Как ты? — спросила она уже тише.

— Нормально, немного болит голова — ответил он, решив не вдаваться в подробности. Нечего ее зря волновать.

— Миленький мой, прости меня! — запричитала Кира. — Это ведь из-за меня ты попал в такой переплет. Клянусь, я не знала, что это Рыков! Он представился мне совсем по-другому. Я такая дура! Как я вообще могла довериться абсолютно незнакомому человеку… Но тогда я была в таком отчаянии, что, наверное, и черту доверилась бы. Да что там, черту и доверилась. Кирилл, я так боялась, что ты не очнешься! Прости, прости!

— Девочка, это ты меня прости, — ответил он хрипло, собрался с силами и продолжил: — Ведь это я тебя до такого состояния довел. Хреновый из меня муж получился, раз ты не видела другого выхода, кроме как от меня сбежать. А по поводу Рыкова ты вообще ни при чем! Это моя вина. Если бы разобрался с ним сразу, ничего бы этого не было. Ведь защищать тебя — моя прямая обязанность.

— Но мы же думали, что он мертв, — попыталась оправдать его Кира. — Вот хитрый гад!

Потом придвинулась к нему вплотную и предложила.

— Может, ляжешь ко мне на колени? Так тебе будет лучше.

Предложение Кириллу понравилось. Жена вытянула ноги, и ему удалось устроить голову у нее на бедрах. Он всегда любил полежать у нее на коленях. Наслаждался нежностью ее бархатной кожи.

«Кожи?» — это слово всплыло в сознании, словно яркая вспышка. Он четко помнил, что в ресторане девушка была одета в джинсы и свитер. Значит ее ноги никак не могут быть голыми.

— Кира, — воскликнул он, мгновенно забыв про боль в затылке. — Где твои джинсы?

За вопросом последовало мучительно долгое молчание. Казалось, прошла вечность, прежде чем Кира ответила:

— Они искали на мне маячок или что-то подобное. Но ничего не нашли и решили выбросить мои вещи, чтобы нас никто не мог отследить. Дали мне какую-то рубашку, связали руки и закинули обратно. Скажи, был маячок?

— Был.

Кирилл решил пока смолчать про то, где именно маячок находится. Мало ли, может быть их слушают. Значит ее раздели. Но не ясно, только раздели ли. Эта мысль вонзилась в сердце острой бритвой.

— Тобой попользовались? — решил он узнать наверняка.

— Нет, просто раздели и смотрели, — ответила она и снова начала всхлипывать.

— Тогда чего ревешь? — спросил он строго. — Скажи мне правду, Кир!

— Они ничего не сделали. Тот дуболом, что тебя стукнул, хотел. Но Рыков не дал, — услышав это, Кирилл немного успокоился, но жена прогнала все спокойствие следующим признанием: — Сказал, что позже даст…