Электронная книга - «Избранные произведения. V том». Краткое содержание книги:
Дин Рэй Кунц (род. 9 июля 1945 года, Эверетт, Пенсильвания, США) — американский писатель. Один из самых популярных авторов «романов ужасов». Из его шестидесяти книг двенадцать стали национальными бестселлерами в Америке. Известен во всём мире как непревзойдённый мастер остросюжетных триллеров, которые держат в напряжении с первой и до последней строчки. Содержание: Вторжение Предсказание Скорость Подозреваемый Самый темный вечер в году Славный парень Твое сердце принадлежит мне Безжалостный Затаив дыхание Что знает ночь? Улица Теней, 77 Город Эшли Белл Душа в лунном свете Рассказы (сборник)
Но к тому моменту выяснилось, что она уже выхватила его из моей руки.
— Ты ведь его уже взяла, — язык у меня начал заплетаться.
— Лучше отвернись, — предупредила она. — Полетит шрапнель.
— Думаю, шрапнель мне понравится, — я не мог вспомнить значение этого слова.
Она уже возилась с пистолетом.
— Думаю, не так сильно я и ранен, как кажется, — сказал я ей. — Просто очень холодно.
— Это плохо. — В её голосе слышалась тревога.
— Мне и раньше приходилось мёрзнуть, — заверил я её.
Панчинелло застонал, содрогнулся всем телом, вновь начал блевать.
— Разве мы выпивали? — спросил я.
— Отвернись, — повторила Лорри более резко.
— Не нужно говорить со мной таким тоном. Я тебя люблю.
— Да, мы всегда причиняем боль тем, кого любим. — Она схватила меня за волосы и отвернула лицо от наручников.
— Это грустно. — Естественно, я говорил про боль, которую мы причиняем любимым, а потом обнаружил, что лежу на тротуаре, должно быть, споткнулся и упал. Увалень, что с меня взять.
Громыхнул выстрел, и я только потом сообразил, что она приставила дуло пистолета к цепочке, которая соединяла наручники, и освободилась от Панчинелло, после того как пуля эту цепочку перерубила.
— Вставай, — торопила она меня. — Пошли, пошли.
— Я буду лежать здесь, пока не протрезвею.
— Ты будешь лежать здесь, пока не умрёшь.
— Нет, для этого придётся лежать слишком долго.
Она уговаривала меня, ругала, командовала мною, дёргала, толкала, и в результате я оказался на ногах, оперся на неё и двинулся вместе с ней сначала в зазор между моей «Шелби Z» и микроавтобусом, потом на улицу, подальше от дворца.
— Как твоя нога?
— Какая нога?
— Сильно болит?
— Мы же оставили её на тротуаре.
— Ладно, ладно, обопрись на меня. Пошли.
— Мы идём в парк? — Язык мой едва шевелился.
— Совершенно верно.
— Пикник?
— Именно. И мы опаздываем, так что поторапливайся.
Я смотрел мимо Лорри, на шум приближающегося двигателя. Нас осветили фары. Сине-жёлтые мигалки на крыше указывали, что это или патрульная машина, или летающая тарелка.
Автомобиль остановился, двое мужчин выскочили из кабины в пятнадцати футах от нас. Один спросил: «Что тут происходит?»
— Этот человек ранен, — ответила им Лорри. И прежде чем я успел спросить её, а кто тут ранен, добавила: — Нам нужна «Скорая помощь».
Копы осторожно двинулись к нам.
— Где стрелявший?
— На тротуаре. Он тоже ранен, и пистолета у него больше нет. — Когда полицейские двинулись к Панчинелло, Лорри крикнула: — Нет. Оставайтесь здесь. Здание сейчас взорвётся.
Её предостережение показалось мне, учитывая моё состояние, загадочным. Не отреагировали на него и копы. Поспешили к Панчинелло, который, лежал, частично освещённый фарами патрульного автомобиля.
Лорри же продолжала тащить меня к парку.
— Слишком холодно для пикника, — пробормотал я. — Слишком холодно.
— Мы разожжём костёр. Главное, не останавливайся.
У меня стучали зубы, я начал заикаться:
— А там будет к-к-картофельный салат?
— Да. Сколько душе угодно.
— С-с-с с-с-солёными огурцами?
— Да, совершенно верно, двигайся, двигайся.
— Я ненавижу с-с-солёные огурцы.
— Там будет салат и со свежими.
Ещё один бордюрный камень стал почти непреодолимой преградой. Хотелось повалиться на тротуар. Такой мягкий, приглашающий.
— С-с-слишком холодно для пикника и с-с-слиш-ком темно, — изрёк я.
Через мгновение стало ещё и слишком шумно.
Глава 22
Четыре взрыва, прогремевшие одновременно (во дворце, банке, библиотеке и суде), разогнали туман в моём мозгу. На какие-то моменты ко мне вернулось адекватное восприятие действительности.
Земля дрогнула, ели и сосны в парке закачались, сбрасывая сухие иголки, и, когда четыре здания начали медленно оседать, я вспомнил, что в меня всадили две пули, и мне это совершенно не понравилось.
Боль не вернулась вместе с воспоминаниями, и теперь мне хватило ума понять, что я совершенно не чувствую левую ногу, а это гораздо хуже той боли, которая из ноги растекалась по всему телу. Полное отсутствие чувствительности говорило о том, что вылечить ногу невозможно, она уже мертва, ампутирована, её просто нет.
Обессиленный, я опустился на землю. Лорри помогла мне прилечь на траву, спиной к стволу клёна. Грохот уже прекратился. Всё, что могло взрываться, взорвалось, всё, что могло рухнуть, рухнуло.
