Мокрый не боится дождя
- Автор: Воронина Алина, Киричек Людмила
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Мокрый не боится дождя». Краткое содержание книги:
Большую часть его заполняли карточки, на которых он ещё студентом Института Азии и Африки записывал схожие слова в русском и арабском языках.
Первая аналогия была зафиксирована 4 октября 1975 года: слово «тута» — здесь. «Тута тута фаригат иль-хаддута» — «Тут и сказке конец, а кто слушал, молодец!»
Вторая карточка от 10 октября того же года. Арабское слово «мишш» — сырная сыворотка. Здесь начинающий исследователь приводил украинское диалектное «миешань» — еда, приготовленная из сыра, сметаны и сыворотки. Но куда же без русского собрата: чуть ниже значится — «мешанина». «Близость корней — это не пустяк!» — не удерживается от восклицания юный арабист.
Он не знал тогда, что в исследовании этой темы его старший коллега по фамилии Вашкевич пойдёт ещё дальше.
Владимир Николаевич выдвигает очередной ящик. Знакомый конверт по-прежнему белеет на самом верху. Пора, наконец, ставить точку. Развернув пачку исписанных листков, он упирается взглядом в первые строчки.
Мне смешно слышать про страх перед смертью.
Я умираю последние три месяца.
Короче, мокрый не боится дождя.
Одно напрягает по-настоящему: поймут не так.
Стук в дверь. Садовой поднимает глаза. Ольгина голова — в дверном проёме.
— Звонит мама.
Владимир Николаевич откладывает послание и выходит к телефону с витым шнуром.
«Жаль отключать номер с полувековой историей. Даже из соображений экономии».
Софья Михайловна отчитывается о своём местонахождении: сквер Леси Украинки.
Профессор возвращается к себе, предварительно поцеловав жену и попросив не беспокоить. Он усаживается на старенькую оттоманку, обтянутую плюшем некогда кораллового, а теперь грязновато-розового цвета, и возвращается к исписанным листкам.
По-настоящему, я убила только одного человека — своего мужа.
Он родился не для войны. А я послала его в этот бардак.
А уж потом пан Титочка отправил его в Иловайский котёл.
У чтеца заломило в глазницах, и он прижимает ладони к векам, перед этим потерев друг о друга. Вычитанный в какой-то книжке метод «пальминга» помогает расслабить аккомадационную мышцу.
«Новых очков для чтения не избежать. Как и этого свалившегося на его голову откровения».
Он пошуршал страницами в поисках того места, где остановился, но не нашёл и принялся читать с того, что оказалось перед глазами.
Внесу ясность.
Тётка в шляпе померла по собственной дурости. Не надо было встревать!
Что касается девицы в хеджабе, из Аськи ставшей Асиёй. Та ещё «щучка!» Она шантажировала меня. Смешно сказать — чем! Рисунком. Но на меня он подействовал. Она даже не догадывалась, как сильно. Ей не повезло и в том, что в моём лице нарвалась на человека, занимавшегося восточными единоборствами. Укоротить эту тушку ничего не стоило. А чтобы шуму было поменьше, пришлось прибегнуть к экзотичному способу — олеандру.
Это её проблема, что она приземлилась неудачно. Но и тогда ещё я не думала прощаться с жизнью. Наверное, поэтому постаралась замести следы — вымыть из Аськиного рта остатки жёванки из листьев. Она, дурёха, поверила, что они расслабят не хуже сигарет.
Да, мы подрались. И лишний вес её и погубил, я оказалась проворнее. Если не я её, то она меня точно бы завалила. Бабья ревность. Да я ей этого Абделя и так бы, без борьбы, отдала. Но тут всё стало запутываться. Абдель стал догадываться, задавать лишние вопросы. Особенно его озадачили синяки на моих ногах.
«Неужели это писала Рита? Что-то здесь не так. Златовласка не могла выражаться подобным образом!»
«Хозяин» доконал меня. Не оправдал надежд. Вдруг обнаружилось, что Эрос и Танатос, хотя и близки по сути, заменить друг друга не способны.
Садовой ощущает себя мальчишкой, который читает страшную книжку, и судорожно перелистывает страницы, чтобы посмотреть — что будет в конце.
Когда вы прочтёте это, я буду в могиле.
Жаль, не смогу проинформировать, каково это. Одно греет: буду лежать рядышком с Илюшей. Хотят того его родичи или нет. Я законная жена, ради мужа сменившая и фамилию, и имя. Да, я больше не Оксана Мельник. Я Маргарита Власожар.
«Получается, зря он врал Лёле насчёт альбома Краснянских. Всё вышло наружу. Интересно, распознала ли жена его лукавство?»