Сердце Дракона. Неблагое дело. Война сынов [сборник litres]

Принесли бутерброды – здоровенные куски мяса на свежем хлебе. Дин был просто счастлив. С бутербродами он разделался за пару минут. Потом взглянул на счет и достал из кармана десятку. Выходя из магазина, братья прошли мимо молоденькой официантки.

– Спасибо! – широко улыбнулся Дин.

Она скромно пропела в ответ:

– Это вам спасибо!

Дин открыл дверь и самодовольно улыбнулся Сэму:

– Похоже, Бетти Дрейпер[145] на меня запала.

Сэм ответил с точно такой же улыбкой:

– Похоже, пора уносить ноги.

Дин вопросительно взглянул на него. А потом они услышали за спиной громкий крик:

– Задержите тех мужчин!

Они оглянулись: официантка размахивала десяткой, которой расплатился Дин. Это были десять долларов из двадцать первого века.

Сэм бросился бежать, Дин за ним. Они проскочили забитый машинами перекресток, едва не вызвав несколько аварий, а спустя несколько секунд как ни в чем не бывало шагали по 54-й улице.

– В «Уолдорф»? – предложил Дин.

– Да, наверное, – отозвался Сэм.

Он достал телефон, чтобы поискать в «Гугле» адрес отеля, но на экране появилась лишь мешанина из пикселей. Дело было не только в том, что в пятидесятых нельзя было поймать сигнал, сам телефон оказался поврежден. «То ли это из-за скачка во времени, то ли сломался при падении», – подумал Сэм и быстро спрятал телефон в карман, чтобы не привлекать внимание предметом, которого в то время просто не могло существовать.

– Эй, сколько времени? – спросил Дин.

– Не знаю, телефон не работает.

– Ага, мой тоже. Не включается.

Сэм заслонил ладонью глаза и посмотрел на солнце:

– Примерно час до заката. Я тут подумал, давай найдем местечко, чтобы поспать. Не знаю, то ли это из-за перемещения во времени, то ли из-за заварушки в закусочной, но…

– Но малютка Сэмми хочет бай-бай? – поддразнил Дин.

– На себя посмотри, – огрызнулся Сэм. – У тебя синяки под глазами больше глаз.

– А кто виноват? Может, это всё из-за тебя?

Продолжая переругиваться, они дошли до Виллард Хауз, квартала довоенной застройки. На одном из домов была вывеска «Свободные номера», и Сэм решил, что это то, что им нужно. Они вошли в дом, поднялись в квартиру 3Е. На звонок открыла старушка и повела их в другой конец коридора. Очевидно, эта квартира когда-то была частью пентхауса, но потом его разделили стеной, и получилось небольшое помещение с кухонным уголком, спальней и примыкающей к ней гостиной. Проведя немало лет в дешевых мотелях и на заднем сиденье «Импалы», Винчестеры не отличались привередливостью. Денег у них не было (во всяком случае, тех, что были в ходу в 1950-е), и Дин спросил, нельзя ли внести плату в конце недели. Старушка согласилась и только спросила, как их зовут. Винчестеры как всегда назвались чужими именами. Дин так устал, что даже не вспомнил, у какой группы они их позаимствовали.

И тут выяснилось, что в квартире кое-чего не хватает, а именно – второй кровати.

– Наверное, надо было сразу остановиться в «Уолдорфе»… – проворчал Дин.

– Думаешь, они бы позволили расплатиться в конце недели, гений? – отозвался Сэм.

Не дожидаясь ответа, он ушел в ванную комнату. Залез в стоящую на львиных лапах ванну, сунул под голову куртку. Ванна была слишком короткой, но Сэму было всё равно.