Господин Фицек

В мастерской Фицека работали семеро учеников и двое подмастерьев. Семеро учеников работали исключительно на Поллака, а двое подмастерьев трудились на обычных заказчиков.

Господин Фицек так набил мастерскую учениками и подмастерьями, что в ней уже дышать было нечем, но соседи говорили, что Фицек выкарабкался. Сам г-н Фицек тоже старался поддержать это мнение. У торговцев кожи он покупал на шестьдесят — семьдесят форинтов в неделю, и Мейзель и Эрдеш относились к нему чрезвычайно внимательно и почтительно.

Иногда Фицек заходил в кафе выпить чашку кофе, изредка соглашался и на партию преферанса, недавно вступил в «Общество, облагораживающее нравы», и сердце его наполнилось немалой гордостью, когда на собрании он увидел домовладельца г-на Фрида, который был тоже членом благородного общества.

— Видишь, Берта, как меня почитают! Если даже такие места, где я в одном чине с домохозяином… И если бы этот Шимон хоть немного входил в положение… чтоб лопнули эти союзы!..

Но все процветало только внешне. Г-н Фицек, в сущности, мучился, и ночи его были по-прежнему тревожными. В субботу вечером, когда подмастерья уже уходили и ученикам тоже были даны два часа отдыха: «Пусть погуляют», — г-н Фицек садился к столу, усаживал рядом с собой старшего сына Отто, и они начинали считать.

— Пиши, сынок мой дорогой: семьдесят пять союзок по форинту пятьдесят… Есть! Сто двенадцать форинтов пятьдесят крейцеров. Материал, кожа для союзок — сорок форинтов, подошвенная кожа — двадцать четыре форинта, остальные мелочи — четырнадцать форинтов. Сколько получилось? Да, семьдесят восемь форинтов. Итак, остается тридцать четыре форинта пятьдесят крейцеров. Освещение, страховая касса — три форинта, остается тридцать один форинт пятьдесят крейцеров. Хорошо… хорошо!.. Можешь идти.

«И квартирная плата, и моя работа… Кожа вздорожала, а Поллак больше не платит. Чтоб я покупал еще более дешевую кожу? Но если более дешевой кожи нет?.. И моя работа… Ведь я ничем другим, кроме этого, не занимался, только помогал ученикам… Ну, да пока научатся… семеро учеников. Кто получает от них прибыль? Поллак, Поллак…»

— Берта! Нельзя ли что-нибудь сэкономить на ученических харчах! Смотри, на их харчи остается тридцать один форинт.

— Нельзя! Должны же они что-нибудь есть.

— Поди сюда, Отто… Пиши… Сколько хлеба они съедают? В день каждый по полкило — это три с половиной кило… в неделю двадцать пять килограммов, по шестнадцать крейцеров… сколько это выходит?.. Четыре форинта — только хлеб! Два раза в неделю мясо, два раза по два кило — четыре кило… Это два форинта пятьдесят два крейцера. Сало — три форинта, кофе, молоко — три форинта, мука — три с половиной форинта, картошка — два форинта, сахар — два форинта… стирка… стирка… остается четырнадцать форинтов пятьдесят крейцеров… а плата за помещение, а мне… не выходит, не выходит, не выходит!.. Чтоб этому Поллаку пусто было!