Позволь мне верить в чудеса
- Автор: Акулова Мария Анатольевна
- Серия: Самые разные — самые близкие #1
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Позволь мне верить в чудеса». Краткое содержание книги:
Ане 19, у нее цель другая — сохранить дом, в котором она родилась и выросла. Ведь теперь он зажат между высотками этого ЖК и должен быть снесен.
Она верит в людей, он убежден: доверять людям могут только наивные дурочки.
Она считает, что вера в чудеса — это ее суперспособность. Он, что его суперспособность — приземленное мышление.
Они — обитатели разных миров, хотя на самом деле у них далеко не так много отличий. Но чтобы понять это, Корнею придется научиться верить в ее чудеса, а Ане — спуститься со своих небес на его землю.
История о том, что даже самые разные могут стать самыми близкими.
Стоит ли то, что она не предупредила и что нарушила, реакции, которую дал он сам? Конечно, не стоит.
Но чтобы понять это — нужно было остаться на кухне, слыша, как из спальни доносятся рыдания. Такие, что не подделаешь. И вряд ли остановишь.
Корнея всегда раздражали женские слезы. Просто потому, что слишком часто манипулятивны. Просто потому, что он понятия не имел, что с ними делать. Да и не хотел никогда с ними ничего делать.
Сейчас же… Стоял все так же — упершись кулаками в стол, глядя на разлетевшееся по полу стекло, слушал… И не испытывал раздражения. Не думал про себя: «пусть порыдает, ее проблемы»… Понимал, что проблемы-то его. Потому что…
— Му*ак…
Сам же себе признался. Бил, пока не добил окончательно. Сжимал, пока не спружинило. Должен был остановиться. Должен был спать отправить и только утром…
Но нет. Хотелось крови. Он ее получил.
Показал девочке, что с ним — шутки плохи. Преподнес урок. Скорее всего, на всю жизнь.
Оскорбил, зная, что ответить не сможет. Отправил захлебываться собственными рыданиями.
Благородно. Что тут скажешь.
А главное — эффективно.
Корней продолжал стоять, а из спальни — доноситься рыданья. И с каждым новым «заходом» все более сильные, отчаянные какие-то… Искренние до того, что волосы дыбом. И абсолютное чувство цугцванга. Когда любой твой шаг — заведомо проигрышный. Останься ты тут или пойди туда — сделаешь одинаково плохо. Извинись или притворишься, что ничего не произошло. Позволь уйти в ночи или оставь дома силой.
А все потому, что незыблемые правила Корнея Высоцкого нельзя нарушать. Даже самому Корнею Высоцкому. Ведь их нарушение дорогого стоит всем. В частности, ему.
Глава 41
Когда Корней шел к спальне, под ботинками хрустело стекло. И это было даже отчасти приятно.
Достойное «музыкальное сопровождение» основной партии — не прекращающихся рыданий Ани Ланцовой, доносящихся из ее комнаты в его квартире.
Она наверняка хотела бы, чтобы дверь была достаточно плотно закрыта и не пропускала звуки. Наверняка была бы не против, чтобы он сейчас ушел, включив минимальную человечность. Чтобы позволил нарыдаться вдоволь наедине с собой, ведь очевидно — успокоиться она просто не может.
Это все подсказывал Корнею ум. Но он зачем-то прислушался не к нему, а к… Сердцу, что ли?
Шел по стеклу до той самой двери, открыл шире, остановился на пороге, оглянулся…
Девочка стояла в углу, как наказанная.
Уткнулась лбом в стены, закрыла лицо руками и отчаянно рыдала, действительно будто захлебываясь. Плечи тряслись, как судорожные, плач то и дело чередовался с ни чем не заканчивающимися попытками наконец-то отдышаться… И будь на ее месте кто-то другой, Корней посоветовал бы выпить воды, оставив разбираться с собственной эмоциональной несдержанностью без него. Но не сейчас…
Аня не сразу заметила, что в комнате не одна, а когда поняла, то уже по мужским рукам пошли мурашки от не просто испуганного, а по-зверски загнанного взгляда, выставленной вперед руки, попытки забиться еще дальше и даже не крика, а писка:
— Не подходите!!! Пожалуйста, не подходите! Я поняла! Я уйду!!! Я сейчас уйду! Не подходите только!!!
А когда Корней постарался обратиться тихо, просто обратиться… Стало еще хуже.
За его негромким: «Аня» последовал совсем нечленораздельный скулеж, а следом плотно заткнутые уши, снова лбом к стенам и такое отчаянье на лице, что даже смотреть становится физически больно.
— Я не такая… Вы не понимаете… Я не такая… — Корней и сам не знал, как умудряется разбирать сбивчивую речь, чередующуюся с всхлипываниями. Но, видимо, все дело в том, что сейчас услышать ее было впервые настолько важно.
— Ты не такая. Я знаю.
Он старался говорить максимально ласково. Настолько, насколько умел. Делая маленькие незаметные шаги к загнанному в угол зверьку. Им же самим загнанному. А ведь обещал, что волк зайца не тронет. Врал, получается…
— Вы просто не понимаете… Вы ничего не понимаете… Я… Я никогда бы… Я никогда бы вот так… Я никогда бы без… З-защиты… И не бросила бы никогда… Вы просто не были… В моей шкуре не были… Вы не знаете… Как это больно не знаете…
Он действительно не знал. Да и сейчас мог только догадываться. Но не сомневался в двух вещах — своей вине и ее искренности. Поэтому продолжал подходить, стараясь слушать, по возможности разбирать и соглашаться.
— Я вам не нужна… Я никому не нужна… Только бабушке… И я бы с ней… Я бы ее никогда не бросила… Вы не понимаете…