Отец Иоанн (Крестьянкин)
- Автор: Бондаренко Вячеслав Владимирович
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- ISBN: 978-5-235-04194-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Отец Иоанн (Крестьянкин)». Краткое содержание книги:
Книга выходит в год 1030-летия крещения Руси и 545-летия Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, где подвизался о. Иоанн.
Дней десять из отпуска о. Иоанн обычно проводил на подмосковной даче, принадлежавшей иподиакону одного из храмов. Там жили кот, собака и попугай, с которыми о. Иоанн с удовольствием возился. Но и там поток посетителей к батюшке не прекращался, причём приезжали как миряне, так и церковные иерархи.
Неоднократно встречался о. Иоанн и с Патриархом Московским и всея Руси Пименом. Отношения между ними, как мы помним, были тёплыми, дружескими. Патриарх высоко ценил своего ровесника, называл его «замечательным батюшкой», «единственным духовником на всю Россию». Знакомы они были, скорее всего, ещё с довоенных времён, когда иеродиакон (с 1932 года иеромонах) Пимен нёс послушание регента Богоявленского собора в Елохове — храма, где неоднократно бывал Иван Крестьянкин. Возможно, виделись они и на тайных службах «непоминающих» (Пимен до 1945 года воздерживался от служения в «сергианских» храмах). В Псково-Печерском монастыре они разминулись всего на год: будущий Патриарх ушёл с поста наместника в 1954-м, за год до первого прибытия в обитель о. Иоанна. У обоих был и тяжёлый опыт заключения. Встречались и совпадения в датах: 15 января 1945-го о. Иоанн впервые служил в Измайлове как диакон, а Пимена в этот день приговорили к десяти годам лагерей... Во время бесед Патриарх всегда живо расспрашивал батюшку о монастыре, который продолжал считать «своим», вспоминал рязанский Борисо-Глебский собор, дружеские вечера, проведённые вместе с о. Виктором Шиповальниковым. Признавался, что грустит по монашеской жизни и мечтал бы быть простым привратником в Печорах...
Последняя такая беседа состоялась в Патриаршем подворье в Переделкине в 1984 году. Может быть, Патриарх знал о том, что больше они с о. Иоанном не увидятся, потому что неожиданно заговорил о том, на каких основах должна зиждиться Церковь. Эта беседа показалась о. Иоанну настолько важной, что по её окончании он дословно записал разговор:
«1. Русская Православная Церковь неукоснительно должна сохранять старый стиль — юлианский календарь, по которому она преемственно молится уже тысячелетие.
2. Россия, как зеницу ока, призвана хранить завещанное нам нашими святыми предками Православие во всей чистоте. Христос — наш путь, истина и жизнь. Без Христа не будет России.
3. Свято хранить церковно-славянский язык молитвенного обращения к Богу.
4. Церковь зиждется на семи столпах — семи Вселенских Соборах. Грядущий восьмой Собор страшит многих, но да не смущаемся этим, а только несомненно веруем Богу. И если будет на новом соборе что-либо несогласное с семью предшествующими Вселенскими Соборами, мы вправе его постановления не принять».
К этому «завещанию» Патриарха батюшка затем не раз возвращался в своих проповедях.
В Переделкине о. Иоанн любил уединяться с книгой в саду, где его старались не беспокоить. А за трапезой собирались вместе с келейником Патриарха, иеромонахом (с 1974 года — игуменом) Иоасафом (Балаевым, 1924—2009), иконописцем Марией Николаевной Соколовой и дочерью о. Анатолия Правдолюбова Еленой (1941—2016). Именно Елена осенью 1974-го сделала в саду Патриаршего подворья в Переделкине самую известную, «классическую» фотографию о. Иоанна, размещённую на обложке этой книги. Причём это был тот редкий случай, когда батюшка сам попросил сфотографировать себя.
Накануне возвращения в монастырь о. Иоанн снова объезжал «небесную Москву» — посещал Издательский отдел Московской Патриархии, в 1963—1994 годах возглавлявшийся его младшим другом епископом (с 1971 года — архиепископом, с 1986-го — митрополитом) Волоколамским Питиримом, получал миро для Псковской епархии, совершал богослужения в московских храмах — Илии Пророка Обыденного во 2-м Обыденском переулке, Воскресения Христова в Сокольниках, Воскресения Словущего на Арбате (там был настоятелем о. Василий Серебренников), Святителя Николая Чудотворца в Хамовниках и, конечно, родном для него измайловском. О «своём» храме в Москве батюшка не забывал никогда и в октябре 1998-го передал ему в дар список иконы Божией Матери «Иерусалимская».
И в самый последний день, уже перед поездом, к нему приезжали священники для встречи. На всех у о. Иоанна находилась минутка, а то и полчаса, и час. И даже в поезде «Москва — Псков» ему было не до отдыха. К нему в купе покупали билеты две сестры священника, который погиб в заключении. Обе были большими начальницами в Куйбышеве и могли пообщаться с о. Иоанном только в дороге. Так в разговорах с ними и проходила ночь в поезде...
Но отпуск — вернее, духовная командировка в мир — заканчивался, и о. Иоанн вновь возвращался в привычную монастырскую обстановку. Он знал: его ждут, в нём нуждаются, к нему стремятся со всей страны. И торопился к тем, кто видел в нём учителя и наставника.