От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Серия: История Европы. #5
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: НАУКА
- ISBN: 5-02-010082-Х
- Жанр: История
Электронная книга - «От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны». Краткое содержание книги:
Для историков, широкого круга читателей.
Особо следует сказать о созданном в 1826 г. по инициативе генерала А. Х. Бенкендорфа и просуществовавшем до 1880 г. III отделении императорской канцелярии. Среди его многочисленных функций наряду с политическим сыском, цензурой, наблюдением за иностранцами и т. д. была и борьба с различными служебными злоупотреблениями государственных чиновников. В распоряжении начальника III отделения (им был сначала Бенкендорф, а потом князь А. Ф. Орлов — оба личные друзья Николая I) находились Особый корпус жандармов в составе 4–5 тыс. человек и целая сеть тайных агентов, тогда как в самом этом учреждении в середине XIX в. служило всего 40 чиновников.
В 30-е годы происходит оформление идеологической доктрины самодержавия. Министр народного просвещения С. С. Уваров, за которым стоял сам Николай I, выразил ее в известной формуле: «Православие, самодержавие, народность». Под последней понимались приверженность русским патриархальным традициям и противопоставление верности простого народа престолу дворянско-интеллигентскому вольномыслию. Насаждая эту доктрину, получившую название «теория официальной народности», правительство стремилось привести мысли россиян к некоему «общему знаменателю», внушив им идею превосходства России над другими странами, уже зараженными опасными либеральными и социалистическими идеями. Верноподданным царя внушалось, что их история поистине удивительна, настоящее — более чем великолепно, а будущее превосходит все, что может нарисовать самое пылкое воображение.
Не случайно именно при Николае I Россия обрела в 1833 г. свой новый национальный гимн «Боже, царя храни!» (текст В. А. Жуковского, музыка А. Ф. Львова). История, литература и искусство были поставлены на службу императорской власти, хотя в полной мере подчинить интеллектуальную элиту своей воле Николаю так и не удалось, и проблема «власть и интеллект» приобретала постепенно в России все большую остроту.
Ведущую роль в укреплении самодержавного строя Николай I отводил кодификации законов, представлявших собой настоящую «рассыпанную храмину» из тысяч принятых после составления Уложения 1649 г. законодательных актов, которые часто просто не согласовывались друг с другом, что мешало работе государственного аппарата и судов и открывало широкую дорогу разного рода злоупотреблениям.
Расставшийся со многими либеральными увлечениями своей молодости М. М. Сперанский возглавил поистине титаническую работу целой группы юристов, результатом которой стали многотомные «Полное собрание законов Российской империи» (1830) и 15 томов «Свода законов Российской империи» (1833), где были собраны все действующие законодательные акты. Однако Николай I не поддержал намерения Сперанского приступить к составлению нового Уложения законов, опасаясь, как бы он «не наделал таких же проказ, как в 1810 г.».
В 30-40-е годы был принят также ряд мер, направленных на качественное улучшение состава главной опоры самодержавия — дворянского сословия, непрерывно пополнявшегося за счет наиболее отличившихся офицеров и чиновников недворянского происхождения. Николай I несколько поднял планку чинов, получение которых давало право на личное и потомственное дворянство, а также повысил имущественный ценз, необходимый для участия в местных дворянских собраниях. По примеру Петра I царь учредил майораты — заповедные, не подлежавшие дроблению между наследниками имения, что должно было ослабить тенденцию к оскудению старинных дворянских родов, которая очень беспокоила правительство.
Но главным в николаевской России по-прежнему оставался крестьянский вопрос. Николай I понимал, что сохранение крепостного права не только не украшает его империю в глазах отечественного и особенно зарубежного общественного мнения, но и становится экономически невыгодным, не говоря уже о постоянной угрозе социального взрыва. Однако широко распространенные в помещичьей среде крепостнические настроения заставляли власти проявлять в этом вопросе особую осторожность. Поэтому решено было начать с реформы государственной деревни, осуществленной в 1837–1841 гг. генералом П. Д. Киселевым, который имел блестящее боевое прошлое, был знаком с идеями декабристов и являлся убежденным противником крепостничества. Было создано Министерство государственных имуществ с разветвленной системой местных органов, которое и должно было отныне заниматься хозяйственным и бытовым устройством государственной деревни. Часть крестьян переселили в губернии, где было больше казенных земель, что позволило несколько увеличить их наделы. Началось строительство дорог и мостов, открывались школы и больницы, ветеринарные и агрономические пункты, широко внедрялись (несмотря на сопротивление крестьян) посевы новой для России культуры — картофеля. В целом реформа Киселева имела, бесспорно, положительное значение для многих миллионов государственных крестьян.