Любовь к судьбе. Делай, что должно, и будь что будет!
- Автор: Антонин Марк Аврелий, Сенека Луций Анней
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Родина
- ISBN: 978-5-00180-477-2
- Переводчик: Леонид Дмитриевич Урусов
- Жанр: Античная литература
Электронная книга - «Любовь к судьбе. Делай, что должно, и будь что будет!». Краткое содержание книги:
Великие римские мыслители Сенека и Марк Аврелий дают ответ на этот вопрос. Душевное спокойствие зависит от многих причин, но, главное, «делай, что должно, и будь что будет», – говорил Марк Аврелий.
В книгу вошли наиболее значительные произведения Сенеки и Марка Аврелия, посвященные данной теме.
Так говори прямо, почему мудрый не должен пить допьяна: покажи на деле, а не на словах, до чего отвратительно и вредно пьянство, – ведь это нетрудно. Докажи, что так называемые наслаждения, едва перейдут меру, становятся муками. А если ты какими-то доводами доказываешь, будто мудрец, сколько бы ни выпил вина, не собьется с правильного пути, даже если начнет буйствовать, – то можешь строить и такие умозаключенья: мудрец не умрет, выпив отравы, не заснет, приняв снотворное, а проглотив чемерицу, не извергнет сверху и снизу все, что будет у него в утробе. Нет, если ноги у него заплетаются, и язык тоже, то какие у нас основания думать, что он частью пьян, а частью трезв?
Теперь скажу о философии. Когда-то, среди не столь тяжких грешников, излечимых даже легким уходом, она была проще; а против нынешнего разрушения нравов нужно испытать все средства. Пусть бы хоть ими можно было остановить эту заразу! Мы безумствуем не только поодиночке, но и целыми народами. Убийства и отдельных убийц мы обуздали; а что войны, что истребленье целых племен – это прославляемое злодейство? Ни алчность, ни жестокость не знают меры. Убийства, совершаемые в одиночку и исподтишка, не так опасны и чудовищны, как те, что приказывается от лица государства. Людям, кроткому роду, не стыдно радоваться крови друг друга, вести войны и поручать детям продолжать их, меж тем как среди бессловесных и диких животных царит мир.
Сенека и Нерон. Скульптура в Кордове.
Политическая карьера Луция Аннея Сенеки началась в годы правления императора Тиберия, а император Калигула, пасынок Тиберия, отдал приказ убить Сенеку, опасаясь его славы оратора и писателя. От смерти Сенеку спасло заступничество одной из приближённых Калигулы, однако при следующем императоре, Клавдии, Сенека попал в ссылку на восемь лет.
После Клавдия к власти пришел юный Нерон, который заявил о намерении преобразовать жизнь Рима «на человеческих началах». Сенека стал наставником и советником императора, и получил должность консула; богатство его достигло огромной суммы в 300 млн сестерциев. Но вскоре политика Нерона меняется, делаясь все более жестокой и деспотической, и Сенека ушел в отставку, оставив всё своё огромное состояние императору. Это не спасло философа от смерти: Нерон, понимая, что сама личность Сенеки является преградой на его пути, приказал своему бывшему наставнику покончить жизнь самоубийством.
Против такого могучего и повсеместного безумия философия, которой прибавилось труда, накопила столько же сил, сколько прибыло их у противника. Легко было порицать преданных вину и лакомых до изысканных блюд; немного сил нужно было, чтобы привести на путь воздержности душу, когда она едва с него сошла. Но теперь люди повсюду ищут наслаждений, каждый порок бьет через край. Жажда роскоши скатывается к алчности; честность в забвении; что сулит приятную награду, того не стыдятся.
При такой извращенности нравов нужны средства сильнее обычных, чтобы прогнать застарелые недуги; необходимы основные правила, чтобы искоренить глубоко воспринятые общим убеждением ложные мненья. Вместе с основоположеньями наставления, утешения, ободрения, может статься, и будут достаточно сильны, а сами по себе они не подействуют. Если мы хотим связать людей и вырвать их из плена пороков, пусть научатся различать благо и зло, пусть знают, что все, кроме добродетели, меняет имя и становится то злом, то благом. Как первые узы военной службы – это благочестье, и любовь к знаменам, и священный запрет бежать от них, а потом уже легко требовать с приведенных к присяге всего остального и давать им любые порученья, – так и в тех, кого ты хочешь повести к блаженной жизни, нужно заложить первые основания, внушив им добродетель. Пусть держатся ее с неким даже суеверием, пусть ее любят, пусть иначе, как с нею, не хотят и жить.
«Но что же, разве нет честных людей, которые, и не обучаясь тонкостям, ускользнули от пороков и весьма преуспели, слушаясь одних лишь наставлений?» Согласен, есть, но в них от природы были счастливые задатки, и ум их на лету ловил благотворные советы. Ведь подобно тому как бессмертные боги не учатся добродетели, наделенные всем от рождения, и благость есть часть их природы, так и некоторые люди особого дарования без долгой науки постигают все, что обычно преподается, и впитывают правила честности, едва услышав о них; эти-то умы так восприимчивы к добродетели и щедры на нее. А у других, слабых и тупых или порабощенных дурной привычкой, долго надо счищать ржавчину с души.