Во все Имперские. Том 4. Петербург

— Это потому что они худородные, сестрица, — решительно заявил Малой, — Меня этот сумасшедший Царь тоже пытался забороть своим заклинанием, но не тут-то было! Мы же с тобой Багатур-Булановы, нас таким не возьмешь. Наша Императорская кровь отобьет любое заклятие!

— Мда? — усомнился я, — Что-то мой заряженный магией хук ваша Императорская кровь сегодня отбивала не очень, Ваше Величество. И, кстати, моя крепостная Аленка под действие заклинания Царя тоже не попала. Хотя вот уж её в царском происхождении трудно заподозрить. Так, Алена?

— Да, барин, — кивнула Аленка, — Я не знаю, о чем вы толкуете. Голого дурака с кинжалом — видела. Стрелять в него — стреляла, только не попала. А в магии не разбираюсь, мне не положено.

Я вопросительно глянул на подручных Императора.

— Я тоже ничего не почувствовала, — мрачно подтвердила вампирша.

— А я ощутил, что Царь лезет мне в голову, — признался князь Взвешин, — Вот только это было легко отбить. Павел Павлович прав. Я не понимаю, как ваш Царь смог взять под контроль такого мощного бойца, как вы, барон.

Последнее было не издевкой, а искренним комплиментом. Князь даже вежливо поклонился мне.

Ну, оно и неудивительно, я же развалил Взвешина в сегодняшнем бою, а князь, как воспитанный магократ, привык уважать силу.

— Симон?

Алхимик ответил не сразу.

Он некоторое время сосредоточенно смотрел на меня, и только потом осторожно произнес:

— Магия другого мира… Тонкая материя, очень тонкая. Я ощутил, но я не могу объяснить то, что ощутил. С гаввахом это не связано.

— А с чем это связано? С запретным меридианом? Как там он у вас называется — древосток?

— Нет, — неожиданно ответил алхимик, — Древосток не причем. И гаввах тоже не причем. Я бы сказал, что Царь взял вас с Шамановым под контроль, потому что в вас уже было нечто. Нечто заранее заложенное, чтобы подавить вашу волю. Я бы описал этот процесс именно так. Но я и сам не понимаю.

— Да стоит ли вообще это обсуждать? — влез Шаманов, — Царь сейчас бегает голым на другом конце города, если его вообще еще не схватили и не упекли в дурку. В любом случае мы его наверняка больше никогда не встретим. Так что какая разница, как именно он нас законтроллил?

Шаманов в последнее время что-то стал совсем дерзким. Наверняка понтуется перед своей возлюбленной кровосоской.

Мне даже захотелось стукнуть кулаком по столу, как это делал Малой, но я, конечно, не стал до такого опускаться, а просто пояснил:

— Акалу, Царь тупо сделал нас с тобой своими рабами. Причем, почему-то из всех присутствующих только нас. Проще говоря, у нас с тобой есть какое-то неизвестное слабое место. А я ненавижу иметь слабые места, а еще ненавижу быть чьим-то рабом.

Так что я собираюсь выяснить, в чем моя слабость, и эту слабость беспощадно выкорчевать, чтобы ни одна тварь больше не посмела брать меня под контроль. Ясно?

Шаманов не нашелся, что на это возразить, так что просто кивнул: