Экспресс-курс по русской литературе. Все самое важное [litres]

Самозванцы и предводители восстаний, военачальники и священнослужители составляли и рассылали свои грамотки и «подметные письма», в которых описывали многочисленные преступления, совершенные противником, неисчислимые бедствия, постигшие родную землю, – и призывали к единению перед лицом врага.

Вот, например, что писал патриарх Гермоген о предводителе восставших Иване Болотникове и его союзниках: «…пишут к Москве проклятые свои листы и велят боярским холопам побивати своих бояр и жен их и вотчины и поместья им сулят и шпыням и безыменником вором [людям низкого происхождения], велят гостей и всех торговых людей побивати и животы их грабити, и призывают их воров к себе и хотят им давати боярство и воеводство и окольничество и дьячество».

А вот князь Дмитрий Пожарский обличает донского казачьего атамана Ивана Заруцкого, сторонника Лжедмитрия и фаворита Марины Мнишек: «Старые ж заводчики всякому злу, атаманы и казаки, холопы боярские (…) всчали в полкех и по дорогам многие грабежи и убийства, а дворяном и детем боярским смертные позоры учинили, а бедных полонянников, которые из смертного полона из города выходят, немилостивно обругали и смерти предали…»

С одной стороны, это обычные канцелярские акты, перечисляющие преступления изменника и нанесенный его действиями ущерб; с другой – здесь, несомненно, присутствует эмоциональное, оценочное начало, свойственное публицистике: «проклятые свои листы», «заводчики всякому злу», «немилостиво обругали»…

Авторы грамот нередко прибегали к древним риторическим приемам, свойственным жанру проповеди (ритмизированная проза, синтаксический параллелизм), обращались к фольклору и включали в текст элементы плачей, когда описывали горькую участь родной земли.